Пост канала
- фото
Огненный ад и машинист Джеймс Рут Первого сентября 1894 года над сосновыми лесами округа Пайн в Миннесоте повисла неестественная тишина. Два месяца засухи превратили вековые боры в гигантский пороховой погреб. Воздух дрожал от зноя, а солнце сквозь плотную дымку казалось тусклым медным пятаком. В этот день Великий пожар Хинкли стер с лица земли город и унес жизни более четырехсот человек, но самой страшной и одновременно героической главой этой трагедии стала история поезда №4 Восточно-Миннесотской железной дороги. В кабине паровоза «Манитоба» сидел сорокадвухлетний Джеймс Джером Рут — ветеран Гражданской войны, чьи руки привыкли чувствовать тяжесть рычага так же хорошо, как когда-то холод винтовки. За его спиной, в деревянных вагонах, дремали или читали газеты около трехсот пассажиров. Никто из них еще не знал, что они заперты в ловушке между двумя огненными фронтами. Когда состав миновал станцию Скандия, горизонт впереди почернел. Это была не грозовая туча. Стена ревущего пламени высотой в десятки метров неслась со скоростью хорошего рысака, пожирая сухие иглы и смолистые стволы за секунды. Дым был настолько густым, что дышать стало невозможно. Начальник станции Сакри-Хилл отчаянно размахивал красным фонарем, требуя остановить поезд. Но Рут, оценив скорость огня, принял решение, которое позже назовут одним из величайших подвигов в истории американских железных дорог. Он дал полный ход. Разворачивать тяжелый состав на узкой насыпи означало верную гибель для всех. «Держитесь крепче!» — только и успел крикнуть кондуктор падающим пассажирам, когда локомотив ворвался в преисподнюю. Температура снаружи мгновенно подскочила до сотен градусов. Деревянная обшивка вагонов занялась, словно сухой хворост. Огонь лизал борта тендера, плавил стекло в окнах кабины. Джеймса Рута защищала лишь тонкая железная стенка, но он не отпустил регулятор. Его лицо покрылось волдырями, брови сгорели, легкие разрывались от горячего пепла, однако рука мертвой хваткой держала рычаг скорости. Пассажиры внутри переживали последние мгновения ада. Те, кто пытался выпрыгнуть на ходу, ломали ноги или падали без сознания прямо перед колесами. Остальные сгрудились в дальних концах вагонов, пытаясь спастись от едкого дыма, который убивал быстрее пламени. Женщины прижимали к лицам мокрые шали, мужчины выбрасывали из окон горящие подушки сидений. Вагоны превратились в полыхающие гробы на рельсах. Рут гнал машину вслепую. Ориентиром служили только раскаленные докрасна стальные рельсы да редкие просветы в сплошной стене черного смога. Три мили через огонь показались вечностью. Когда локомотив вырвался на открытый участок у озера Грин, где трава выгорела дотла, но деревья стояли дальше, механик сорвал стоп-кран. Из тридцати вагонов спасти удалось далеко не все — часть состава осталась позади, навсегда скрытая в клубах дыма. Из-под закопченного кожуха машины вывалился человек, больше похожий на обгоревшую куклу. Одежда Джеймса Рута дымилась, кожа на руках висела лоскутами. Шатаясь, он обошел свой состав. На траве лежали десятки обожженных людей, многие были еще живы. Машинист, сам едва стоя на ногах, вместе с выжившими начал вытаскивать раненых из искореженных, продолжавших гореть вагонов. Точное число тех, кого вынес именно поезд Рута, историки спорят до сих пор, но благодаря его решению не тормозить в Скандии, на счету этого рейса было более двухсот пятидесяти спасенных душ. Сам герой умер три года спустя от последствий отравления угарным газом и ожогов, полученных в той кабине. Великий пожар в Хинкли стал черным днем календаря для Миннесоты, символом беспомощности человека перед стихией. Но черный столб дыма над округом Пайн навсегда остался памятником одному человеку, который предпочел ехать сквозь ад, чтобы дать своим пассажирам хотя бы призрачный шанс увидеть следующий рассвет. История сегодня
Открыть в MAX- Просмотры
- 11
- ER
- —
- Реакции
- —