Пост канала
кой матери адрес бабушки, а также узнала и причину, по которой они уехали. - Это я, я виновата в смерти твоего отца. Я толкнула его в ту бандитскую группировку. А что было делать? Все тогда так жили. Потому и не смогла больше оставаться жить с его матерью, и адрес ей наш не прислала. Прости, доченька… - умывалась пьяными слезами мать, прикрывая собой бутли с самогоном. - Ненавижу!!! – орала Люба. И вот сейчас Люба ехала в этом поезде за тысячи километров и очень боялась. Боялась, что бабушки уже нет в живых. Она старалась не думать об этом, но чем меньше времени оставалось до конечной остановки, тем страшнее становилось у Любы на душе. *** Поезд последний раз дёрнулся и остановился. Люба вышла из вагона на чужой незнакомый перрон. Конечно, проще было взять такси, но денег, которые она всеми правдами и неправдами раздобыла на дорогу, у девушки почти не осталось. Расспросив людей, Люба села в автобус, который должен привезти её на нужную улицу. Вот и этот дом. Люба не помнила его, и сейчас он был для неё абсолютно чужим. Поднявшись по лестнице на третий этаж, девушка замерла, по телу пробежала горячая волна, во рту пересохло, она помнила эту дверь, оббитую тёмно-коричневым дерматином с металлической ручкой, на которую надо нажимать. Дрожащей рукой Люба прижала палец к звонку. Тишина. Ещё раз. Опять ни звука. «Ну, конечно, бабушка, наверное, уже здесь не живёт, может и вообще уже не живёт», - промелькнули мысли в голове, очень захотелось заплакать. Ни о чём не думая, скорее инстинктивно, Люба нажала на дверную ручку, и дверь открылась. Девушка нерешительно зашла в прихожую: - Есть кто? – позвала срывающимся голосом. - Маша, ты? – донеслось из дальней комнаты. На кровати лежала маленькая, сухенькая старушка, рядом стоял табурет с лекарствами, тарелкой, чашкой. - Вы кто? Новая сестричка? – спросила старушка и уставилась на девушку. Люба растерялась, она хоть и не помнила бабушкиного лица, но детская память сохранила общий образ, который не соответствовал тому, что девушка видела сейчас. Вдруг старушка заволновалась, её лицо порозовело, руки судорожно ухватились за край кровати, из глаз потекли слёзы: - Любочка, - прошептала старушка, - ты приехала… - Бабушка! – упала Люба на колени возле кровати, схватила морщинистые руки, прижала к своему лицу и громко заплакала. - А я тут заболела немножко… думала, что и не увижу уже тебя… я всё время ждала тебя, Любочка… посмотри, сколько одёжек Лизе нашила… а ты уже большая… и в куклы играть не будешь… Люба повернула голову к противоположной стене. Она сразу узнала свою небольшую детскую кровать, застеленную знакомым покрывалом, на котором сидела и смотрела своими синими стеклянными глазами кукла Лиза. - Буду, буду… - всхлипывала Люба. *** Прошло десять лет. Люба выучилась на кондитера и сейчас работает в небольшой частной пекарне. Она вышла замуж, родила девочку, которую назвала Катей, в честь бабушки. Бабушка выздоровела и даже немножко поправилась. Она с удовольствием играет со своей трёхлетней правнучкой в дочки-матери, бесконечно переодевая и укладывая спать куклу Лизу. Правда, шить бабушка уже не может, но за одиннадцать лет она нашила столько одёжек для куклы, что той носить – не сносить. О матери Люба не вспоминает, навсегда вычеркнув из своей памяти те ужасные одиннадцать лет своей жизни.
Открыть в MAX- Просмотры
- 473
- ER
- 4,0%
- Реакции
- 19