Пост канала
– Сашка, Саш! Глянь-ка, глянь... Только после окрика матери Саша вдруг увидел, что загон пустой. Огородка поломана, отара ушла ... Шархан виновато гавкнул. Ночью пес пришел домой и просто уснул под дверью. Никого не разбудил, когда ушла отара. Стареет пёс. А до окрика Сашка смотрел на небо. Любовался. Оно было таким просторным, свежим и холодным. Как будто и не осень вовсе, а, скорей, весна. Но морозило в последние дни сильно. Овец ещё держали в степи, они находили себе корм под лёгким снегом, находили ту травку, которая всей силой своей ещё тянулась к свету даже в небольшую оттепель. – Мам, они где-то рядом, не могли далеко уйти. Найдутся, не переживай, – сказал серьезно, по-взрослому. – Ох, я побегу за дедом, и дядю Витю кликну. Что ж это! А вы вокруг озера пробегитесь, –мать стянула и опять повязала платок. Разволновалась. Отара – это их хлеб, их существование. Здесь были и их овцы, и соседские. Большая отара. Растила их мать одна, если не считать ее отца, старого уже деда. Отец мальчишек погиб, разбился на мотоцикле, занесло однажды на обледеневшей уже земле. Саше было тринадцать, Андрюшке – одиннадцать. И как только с мальчишками что-нибудь случалось, так и вспоминали они про эти напасти. А как может ничего не случаться с деревенскими мальчишками? Они остались одни, огляделись. Вокруг широко высились холмы. Дома, кошары казались игрушечными на пологом склоне. И куда могли уйти овцы? Следы их запорошил мокрый снег. – Да чего ты тут увидишь, глупый! Надо за озеро идти, там холмы, там все видно, – учил младшего брата Саша. Медвежьи крутые бока снежных холмов не были уж слишком высоки. Но гладкое замёрзшее заснеженное озеро в небольшой низине делало и их возвышенностями. Мороз сковал лёд, готовил озеро к зиме. – А мы напрямки, через озеро. В том году мы с дядей Витей ходили, ещё и раньше. Но, если честно, Сашка тоже немного сомневался, просто сомнения свои прятал от брата. Очень хотелось найти отару, чтоб мамка не расстраивалась так, чтоб гордилась, чтоб рассказывала всем, какой у неё сын – отару отыскал, пригнал, в общем, всех спас: и своих овец и чужих. Андрюха-то – может ещё и мамкина напасть, а он, Саша, мужчина и помощник. Дед уж старый – не в счёт. Они ступили на лёд озера. Шли рядышком, в метре друг от друга осторожно ступая, глядя на свои резиновые сапоги. Валенки надевать ещё не хотелось, хоть мать уже и велела – с калошами. – Скользко там. Тает немного под снегом-то, – Андрюшка надеялся на слова старшего брата, но волновался все равно. – Не трусь! Овец вокруг погоним, нам бы их найти только. И тут Андрюшка ойкнул. Саша оглянулся, брат скользил, и прямо на его глазах падал на бок. Подумаешь – упал. Сашка даже не испугался, но когда Андрюха начал вставать, то вдруг провалился по пояс. Дубленые полы овечьего полушубка его поднялись надо льдом, глаза застыли в изумлении. Сашка шагнул к нему, протягивая руку, но тут лёд треснул, он быстро быстро побежал назад, заперебирал ногами часто, заскользил. Пласт льда, за который держался оцепеневший от ужаса и холода Андрюшка, уходил под воду, он отпустил его, перехватился за другой край полыньи. Руки стало больно, потекла кровь от порезов, но быстро застыла, потому что на лед, за который приходилось держаться уже нашла вода. Андрюшка лишь почувствовал боль в руке. Сначала оцепенел и Сашка. Ноги, пах охватило смертельными щипцами холода, сердце зашлось, дух перехватило. В сапоги натекла вода, они стали тяжёлыми, вот-вот свалятся. Он навалился на лёд, чтоб выползти, но лёд сломался под ним сразу, создав новую волну, от которой закричал Андрюшка, испугался. Сашка оглянулся на брата. Тот, вытаращив глаза, перехватывался, рот открыт, подбородок выставлен вперёд от испуга. Этот невероятно несчастный вид младшего брата вдруг вернул в реальность. Андрей забегал глазами, никак не мог сфокусировать взгляд на том, кто это сказал. – Андрей! На меня смотри! Смотри на меня! Андрюха. – Са-аша..., – слабо и тоненько пропел Андрюшка. – Я сейчас выберусь и тебя вытяну, а ты ногами работай и са
Открыть в MAX- Просмотры
- 308
- ER
- 2,3%
- Реакции
- 7