Пост канала
Истории с Душой- фото
Копилка добра Нина Сергеевна пришла в себя от запаха сирени. Сначала был только белый потолок, тихий писк аппаратуры и тяжесть во всём теле. Потом она повернула голову и увидела на тумбочке букет. Сирень. Её любимая. А рядом — маленький деревянный сундучок с потёртым замочком. Нина замерла. Она узнала его сразу. Хотя прошло больше тридцати лет. Дверь открылась. В палату вошёл высокий седоватый врач. Строгий, собранный, с усталым лицом. Нина смотрела на него несколько секунд. Потом прошептала: — Димка?.. Мужчина остановился. И вдруг тот самый строгий врач, которого весь персонал боялся лишний раз отвлечь, опустился возле её кровати и обнял её. — Нашёл я Вас всё-таки. Нина заплакала. Он тоже. А потом поставил копилку ей на колени. — Вы когда-то сказали: добро надо складывать понемногу. Потом оно обязательно кому-нибудь пригодится. Когда Нине было двадцать два, она пришла работать воспитателем в детский дом. Работа оказалась совсем не такой, какой она представляла её в институте. Дети дрались, врали, убегали, прятали еду под матрасы. Один мальчик неделями не разговаривал. Девочка лет восьми каждый вечер спрашивала: — А завтра мама точно придёт? И каждый раз Нине приходилось отвечать: — Не знаю. Это «не знаю» она ненавидела больше всего. Поэтому она придумала маленькую комнату на первом этаже. Выпросила у директора старую кладовку. Рабочий дядя Гриша провёл свет. Ребята покрасили стены. Кто-то принёс старый коврик, кто-то подушки. На двери появилась табличка: «Здесь можно говорить правду». Дети прозвали её Доброй комнатой. Дима появился зимой. Ему было семь, но выглядел он лет на пять. Худой, настороженный, в слишком большой куртке. Ни с кем не разговаривал. Не ел за общим столом. Спал, свернувшись клубком. Нина впервые увидела его, когда вернулась после курсов. Мальчик сидел один возле окна. Она присела рядом. — Привет. Он молчал. — Я Нина. Молчание. — А ты Дима? Он посмотрел. И неожиданно протянул ей конфету. Одну. Слегка помятую. — Вам. — За что? Мальчик пожал плечами. — Просто. Нина взяла. — Тогда спасибо. Он ещё немного посмотрел на неё и спросил: — А вы здесь мама? Вот такого вопроса она не ожидала. — Нет. У Димы лицо сразу изменилось. И тогда Нина добавила: — Но могу быть твоим человеком. — Это как? — Если страшно — придёшь ко мне. Если обидели — тоже. Если сам натворил глупостей — всё равно приходи. Дима подумал. — Даже если окно разобью? — Сначала поговорим. Потом вместе стекольщику объяснять будем. Он впервые улыбнулся. После этого он буквально приклеился к ней. Ждал у двери. Помогал носить книги. Однажды серьёзно спросил: — А если я хорошо себя буду вести, вы меня заберёте? Нина замолчала. Ей самой уже хотелось именно этого. Но тогда всё оказалось сложнее. Документы. Жильё. Нестабильная зарплата. Руководство отговаривало: — Нина, не надо спасать одного ребёнка ценой всей своей жизни. А для неё он уже был не «один ребёнок». Он был Димкой. На Новый год Нина принесла в Добрую комнату маленький деревянный сундучок. — Это тебе. — Деньги складывать? — Нет. Добро. Дима нахмурился. — Как это? Она дала ему бумажки. — Сделал что-нибудь хорошее — записал. Помог младшему. Поделился конфетой. Не соврал, хотя хотелось. Положил внутрь. — А потом? — Когда наполнится, отдашь человеку, которого очень любишь. — Зачем? — Чтобы он знал, сколько добра ты успел собрать. Дима отнёсся к делу серьёзно. Через месяц Нина обнаружила внутри записки: «Дал Вовке варежки». «Не ударил Петьку». Рядом мелко: «Хотел». Она хохотала. Потом к копилкам пристрастился весь детский дом. Дядя Гриша делал деревянные ящички. Дети раскрашивали их. Однажды директор сказала: — Нина, ты понимаешь, что теперь у нас половина воспитанников добро совершает исключительно ради бумажки? — С чего-то надо начинать. А потом Диму усыновили. Нину в тот день отправили сопровождать группу детей на экскурсию. Когда вернулась, его кровать была уже пустой.
Открыть в MAX- Просмотры
- 11 707
- ER
- 4,9%
- Реакции
- 568