Пост канала
Из рассказов отца она знает, что на войну, на восточный фронт, из Романовки призвали троих: её папу, Михаила Ковалева, деда нашего главы района. И ещё одного земляка – Толстихина (Имя его вспомнить так и не смогла). Трое романовцев всю войну держались вместе и так прошли через всё. Но была одна история, которую они не любили рассказывать. Попали как-то в окружение. Обложили их японцы, а те ведь никого в живых не оставляли. Решили тогда наши мужики: надо пробовать, выбираться любыми путями. Выбрали момент, вскочили на лошадей - и на прорыв. А за ними погоня. Повезло им крепко: кони были хорошие, быстрые, вывезли. Ни Юсупа, ни Толстихина даже не задело, а вот Михаилу Ковалёву пуля-дура сзади по шее чиркнула. Остался большой шрам. Поэтому он потом всегда волосы сзади отпускал подлиннее, чтобы этот след от пули закрыть. Эта война так их сплотила, что в Романовке их иначе как «три брата» и не звали. Бывало, соберутся они втроём, сядут, махорку курят… И молчат. Долго-долго молчат. Перекинутся парой слов, и опять тишина. Вот такая у них была дружба. Немногословная, настоящая, мужская. Та, что только войной и смертью испытывается. А вот история младшего брата отца, Махамади, — и у него тоже своя история – судьба! Ушёл он воевать на западный фронт с фашистами. Всю войну прошёл, до самого Берлина дошёл - и ни одной царапины! Вернулся живой-здоровый, демобилизовался. И тут они с другом решили это дело отметить. Загуляли… И друг его нечаянно машиной и задавил. Вот такая она, жизнь. У каждого своя судьба, видать, там на небесах уже предначертанная. Война кончилась, и жизнь потихоньку стала входить в мирное русло. Время летит быстро — не уследишь. Вот уже и Разая окончила семь классов в Романовской школе и пошла работать в поле, на большой огород от «Золотопродснаба». Всем там заправлял дедушка-китаец. Жили тогда крепко, своим хозяйством: ничего со стороны не покупали, всё растили сами для себя. Капусты солили по двадцать-тридцать бочек за сезон, картошки, моркови, лука — всего было вдоволь, так «Золотопродснаб» обеспечивал все свои организации и артели. Потом она стала помощником продавца в продовольственном магазине Романовки. А в 1965 году ее, вместе с Валей Угловой и Тоней Поповой направили учиться на трехмесячные курсы в Улан-Удэ. Разая и Валя стали продавцами, а Тоня - пекарем. Отработав после учёбы два года в магазине, она решила переехать в Багдарин. Старшая сестра давно звала к себе, да и платили там побольше — была северная надбавка, которой в Романовке не полагалось. Ведь тогда их село относилось к Еравнинскому району. В общем, хлебнув нужды, Разая сказала себе: поеду. И уехала. Она ведь всегда такая была — отчаянная, решения принимала быстро. Если что задумала, то уж точно своего добьётся. Характер такой, упрямый, татарский — вся в деда и отца. И стала она работать в магазине. А тут вызывают ее на разговор начальник Баунтовского сельпо Буркаев и его заместитель Плеханов. Имён-отчеств она сейчас уже и не вспомнит, столько воды утекло, многое из памяти стёрлось. И говорят ей: так, мол, и так, надо ехать на Байсы, поваром. Там дорогу строили, мосты, народу рабочего — и местных, и приезжих — видимо-невидимо. Для них целый посёлок поставили. Поезжай, говорят, поработай годик. Ну вот, поехала она. Работала там с Шурой Чернышевой. Думала, на год, а задержалась на целых два. Работа была — врагу не пожелаешь. Ни электричества тебе, ни техники. Всё на своём горбу с Шурой таскали: и воду, и дрова, и котлы с едой, и помои, тонну картошки и морковки вычистили. И вот сидит она так вечерами после этой тяжёлой работы, смотрит на звезды и мечтает. Была у неё одна заветная мечта, сама не знает откуда взялась — увидеть настоящее северное сияние. Не в книжке, не в кино, а своими глазами. И решилась. Рванула в Якутию. Два года отработала там, в гастрономе города Якутска. И северный стаж заработала полный, 5 лет — там же полгода за целый год считают. Но главное — мечта-то сбылась. Увидела она это чудо.
Открыть в MAX- Просмотры
- 472
- ER
- 2,8%
- Реакции
- 13