Пост канала
Юра его уже распечатал. Оно не было ранее вскрыто, значит, сестра не прочла. Мать исписала две страницы своим идеальным каллиграфическим почерком, но без завитушек и прочей мишуры - так писали примерные советские отличники: каждая буква одна к одной, всё чётко выверено, без единой помарки. Письмо начиналось со слов: "Милый Юра, сынок. Если ты читаешь это письмо, значит, меня больше нет..." Юра хрюкнул на этом моменте. Он хотел удержать слёзы, но по мере дальнейшего чтения ему это не удалось. В тот день он не думал о матери. Вышел на обед, чтобы перекусить шаурмой. Он уже предвкушал как будет поглощать сочное прикопченое мясо, переложенное капустой, помидором и огурцом, щедро сдобренное изумительным соусом - фирменной фишкой шаурмана-таджика. Он оторопел возле вращающихся дверей ТЦ - показалось, что из них вышла в сторону улицы его мать, которую он не видел два года. Коричневая ветровка, чёрные волосы, чуть волнистые, не доходящие до покатых плеч, грузная походка полной женщины, уставшей от работы и быта... Один в один его забытая мать. Она мерещилась ему три последних месяца то тут, то там и снилось пару раз, что мать то собирает вещи, готовясь уезжать куда-то, то будто маленький он и ищет у неё защиты от недругов, а мама не помогает, она грустная, отстранённая, она просто сидит и это так на неё не похоже, что Юре до паники страшно оставаться в этом мире одному, без её уверенной защиты. А ровно три месяца назад в кровать Юры пришёл то ли хорёк, то ли крыса. Зверёк был избитым, таким несчастным, он жался к Юре своим тёплым полулысым тельцем и он был неприятен Юре, но жалость одержала верх над брезгливостью - Юра позволил ему свернуться бубликом на подушке, впритык к его голове, и зверёк мирно лежал и дышал, не было сил у этого зверька на большее. И вдруг осознал Юра, что у них в доме нет ни крыс, ни хорьков, и когда он подумал об этом в тёмной комнате, то всё исчезло, осталась только тёплая выемка на подушке около его головы и Юра готов был поклясться, что ему это не приснилось. В ту ночь жена уже заснула, а Юра полез в телефон и рука сама отыскала фотографии где он и мать, где они ещё семья, живут вместе, не в ссоре. Он не знал что и думать. Замешкавшись около выхода из ТЦ, Юра хотел было догнать её, ту, что показалась ему матерью, но услышал как курьер спрашивает у охранника: - На каком этаже бытовая техника, не подскажете? У меня доставка. - На третьем, - важно ответил тот. - Я там работаю, - вмешался Юра и оторвал взгляд от двери, - кому доставка? Может мне? У него было предчувствие. Курьер с сомнением прочёл надпись на пакете. - Сёмину Юрию. - Это я, - протянул руку Юра. - Паспорт, пожалуйста, - не спешил курьер. Юра похлопал себя по груди и достал из нагрудного кармана паспорт. Расписавшись в получении, Юра вышел на улицу и отошёл в сторону. Улица шумела: болтовня прохожих, жужжание машин... Он разорвал пакет - там была записка от сестры. "Мама умерла 12 июня. Просила передать тебе письмо. Не смей мне звонить - не отвечу. Ты был и останешься для меня предателем." 12 июня! А сегодня уже 15 сентября! Целых три месяца ему не сообщали! У Юры застучало в висках, желудок скрутило до тошноты и его повело в сторону, он едва не хлопнулся в обморок, но помогло то, что он уткнулся спиной в пыльную и рыжую стену торгового центра. Мама умерла! Его мама, его мать... тот человек, который подарил ему столько любви, столько верности, преданности и защиты... Тот человек, которому Юра, дабы поддержать жену, крикнул: "Я тебе больше не сын!" Юра и думать забыл о шаурме, капучино и голоде, который мучал его последние два часа. Сходу поверить в такое невозможно... Он не решился открывать письмо здесь. Дошёл, ничего не видя, до сквера. Сел. Долго не решался и наконец вскрыл конверт. "... значит, меня больше нет. У меня рак, четвёртая стадия. Сегодня ощутила неожиданный прилив сил и решила написать тебе, пока рука способна удерживать ручку. Знаешь, говорят, что такой резкий скачок сил в моей болезни верный признак близкого конца.
Открыть в MAX- Просмотры
- 410
- ER
- 2,2%
- Реакции
- 9