Пост канала
жила с нами. Мать письма писала слезные. У нее не ладилось в жизни. Фотографии присылала, и я знала, как она выглядит. Когда мне двадцать шестой год пошел, вдруг мы получаем письмо с новостью: мать в гости к нам собралась и уже выехала. Бабушка обрадовалась, засуетилась, встречать нужно ехать в город, потому что путь к нам трудный, добираться нужно и самолетом, и автобусом многие километры. Кому ехать? Муж не мог с работы отпроситься – он на ферме работал. Бабушка уже прихварывала, и ей такую дальнюю дорогу не вынести. Вышло, что ехать мне – больше некому. Я была в декретном отпуске и мне до родов еще месяц оставался. Тяжеловато такой в дороге, но я возражать не стала. Мне самой сильно хотелось маму свою скорее увидеть. Я чего-то ждала от этой встречи. Чего – сама не знаю! Приехала я в город, пошла на вокзал, узнать, когда поезд прибывает. А в письме нет точного числа отправления и номера поезда. Когда мама приедет, никто сказать не мог. Устроилась я в гостиницу и стала ходить к поездам, которые шли с запада. День хожу, два и три. И ночью по сонному городу к поездам хожу. Через каждые три часа ходила я на станцию. Слава Богу, стояло лето, и дни были теплые. Я была такая круглая, что на вокзале скоро примелькалась, и уже почти все знали, что я встречаю маму. Меня там жалели и даже стул вынесли специально для меня. По радио объявляли: «Гражданка такая-то! Пройдите в зал ожидания! Там вас ждет дочь!» Но произошла наша встреча совсем не так. Я стояла на платформе, когда пришел вечерний поезд. Пассажиры высыпали на платформу. Я смотрю почему-то неотрывно на вагон, стоящий прямо предо мной, и вижу через окно, как к выходу пробирается какая-то женщина. Средних лет, довольно стройная, темноглазая и очень-очень на меня она похожая. Главное, я так и подумала, что не я на нее похожа, а она на меня. Сердце, что ли, подсказало, но я так и кинулась к вагону. Она вышла и не сразу меня обняла. Вначале чемоданы свои отнесла к краю платформы, а потом уж обняла меня как-то деловито и вдруг заголосила: - Доченька моя дорогая! Да не довелось мне тебя нянчить и холить. Проклятая жизнь, война разлучила нас! Вот когда пришлось свидеться!!! Я так растерялась, приняла ее слезы за чистую монету. Стала ее утешать, слезы ей вытирать, и думала, что она так и будет плакать долго и безутешно. Но она вдруг сказала совершенно спокойным голосом: Я посмотрела ей в лицо. Ни слезинки – глаза сухие. Я подняла ее тяжелые чемоданы. Мне они были не по силам, и дежурный по перрону глянул сердито на мою маму. – Ничего! – сказала ему мама. – Русские женщины выносливые! Но мужчина донес нам чемоданы до стоянки такси. – Я заплачу, не волнуйтесь! – я почему-то на «вы» маму назвала. По дороге я объяснила ей, как долго ее встречаю. Сегодняшний самолет уже улетел, поэтому мы едем в гостиницу, а завтра к вечеру попадем домой. В гостинице наши кровати были рядом. Я ожидала, что мать начнет расспрашивать о том, как я жила все эти годы без нее, но она спросила лишь о своей матери с волнением и тревогой, а мои рассказы слушать не стала. Уснула и все. Утром мы отправились в аэропорт. История с чемоданами повторилась, но я не придала тогда этому значения. Я была ошеломлена встречей с матерью и все чего-то ждала. В аэропорту вышло недоразумение. Оказывается, по ошибке за мной было забронировано только одно место, а не два, как я ожидала. Нам давали только один билет. Мать меня «утешила». - Выдайте этой женщине билет. Посмотрите, молодой ведь скоро рожать! И как только она решилась на такое путешествие? Кассирша поднялась, посмотрела, всплеснула руками: «Батюшки!» И выписала два билета. В самолете нам дали дополнительное место. Просто положили широкую доску в конце самолета поперек – это и было еще одно место. Мама села в кресло, а я должна была лететь на этой доске. Какой-то охотник встал с кресла и предложил мне свое место. Настоящим мужчиной оказался! Мне было плохо в полете, и стюардесса иногда подходила ко мне. А мать лишь дремала. Я пристально на нее смот
Открыть в MAX- Просмотры
- 291
- ER
- 2,1%
- Реакции
- 6