Пост канала
Женьщщина! Здесь все за мандаринами, не врите, что вам только укропчика взять, – высокий худощавый парень перегородил дорогу тётке, пытавшейся прорваться к прилавку. Вот уже третий день в павильоне с незатейливым названием «Овощи» было не протолкнуться. Там продавали нереально сладкие и сочные мандарины. Откуда их привёз хозяин павильона никто не знал, но в других торговых точках таких изумительных фруктов не было, и весь город рвался в «Овощи». Люба стояла в очереди, наблюдала за противостоянием между орущей тёткой и защищающим прилавок парнем, и радовалась, что перед ней осталось всего пять человек, мандаринов должно хватить. Сегодня на работе Томка–бухгалтерша угостила Любу мандарином с таким видом, будто делится чем-то запрещённым, и потребовала немедленно съесть. Люба не возражала и под пристальным взглядом Томки почистила фрукт. С первой же дольки она поняла, что ничего подобного не пробовала. Во рту растекался райский нектар, а в груди словно вспыхнул кусочек солнца. Как Люба не сорвалась с работы в тот же миг, сказать трудно, но до конца дня она не сводила глаз с горки мандариновых шкурок, окутывавших её ароматом бесконечного счастья. – Сколько вам? – прозвучал рядом усталый голос. – Пять. Нет, семь кило, – она протянула сетку, с которой обычно ходила за картошкой. Пробравшись сквозь толпу, продолжавшуюся даже на крыльце магазинчика, Люба выдохнула, и окрылённая пошла на остановку, не заметив, как из сетки выпал один маленький мандаринчик. Вовка вышел из подъезда, волоча за собой санки. Пушистые снежинки тут же облепили опушку пуховика и запутались в длинных Вовкиных ресницах. Стряхнув колючей варежкой щекочущие кристаллики с лица, мальчишка направился к самой большой горке в их районе. Мать, конечно, заругает, если узнает. Да только откуда она узнает? Вот уже месяц её не волнует ничего, кроме здоровья мужа, который после простецкой операции никак не мог прийти в себя. Врачи разводили руками, говорили, что это, конечно, не кома, что организм молодой и крепкий… Мать приходила домой, звонила сестре и рыдала, пересказывая эти разговоры. Вовка жалел и мать, и отца, но ему очень хотелось праздника, а дома даже ёлки не было. Яркое пятно в снегу Вовка заметил краем глаза и сначала прошёл мимо, но что-то заставило его обернуться и присмотреться внимательней. Мандарин. Это был всего лишь мандарин, яркий, восхитительно ароматный и очень притягательный. Поборов первое желание – съесть, Вовка спрятал фрукт в карман, чтобы угостить мандарином маму – пусть порадуется. Мама ругалась, откапав в пришедшем домой сугробе Вовку: над правой бровью ссадина, кусок меховой опушки от капюшона оторван, ноги промокли, кончик носа обморожен. Зато Вовка трижды становился царём горы! Про мандарин Вовка вспомнил, когда уже пил горячий чай с малиновым вареньем. После такой снежной битвы он без разговоров слопал целую тарелку пшённую кашу, а уж варенье и вовсе показалось ему деликатесом. Вовка отогрелся и разомлел. Вовка выскочил из-за стола и побежал в родительскую комнату. – Сушится в ванной комнате. А ты ещё не нагулялся? – на всякий случай сразу строго спросила мама. Вовка не ответил и исчез. – Вот и что с ним делать? – Света, которая для восьмилетнего Вовки была Ма, для мужа – Светлячком, а для коллег на работе – Светланой Аркадьевной, подняла глаза к потолку. От кого она ждала ответа осталось загадкой. Маленькая ладошка протянулась к её лицу. На неё лежал яркий, словно светящийся изнутри мандаринчик. – Спасибо, дорогой, – глаза Светы наполнились слезами, за своим горем она совсем забыла о сыне, о новогодних чудесах и подарках. Света прижала к груди вихрастую голову сына и пообещала себе завтра же купить ёлку и подарки. – Ма, кажется, твой телефон звонит, – пробурчал смущённый материнской лаской Вовка. – Ну и слух у тебя, – Света чмокнула сына в макушку и побежала в коридор. «Слушаю», – донеслось до Вовки, а потом долгую напряжённую тишину разорвал крик матери: «Да, да! Я сейчас приеду!» – Вовка, Вовка! Папа очнулся!
Открыть в MAX- Просмотры
- 277
- ER
- 3,2%
- Реакции
- 9