Пост канала
- фото
В опустевшей деревне Мария Петровна осталась одна. Муж умер, сын Андрей уехал в город и звонил только по воскресеньям — коротко, как по расписанию. Здоровье сдавало: вода из колодца тяжелая, картошка еще тяжелее, а просить помощи она не умела. Соседний дом принадлежал ее покойной подруге Ольге. Каждое лето туда приезжал сын Ольги, Николай. В тот год он появился в июле, подтянутый, с сединой на висках. Мария Петровна смотрела, как он разгружает машину, и вспоминала белобрысого мальчишку с разбитыми коленками. Николай поздоровался, оглядел ее покосившуюся скамейку и вызвался починить. Она хотела отказаться, но ноги гудели после колодца, и она молча выдавила благодарность. За чаем с вишневым вареньем разговорились. Николай рассказал про инженерскую работу, дочку. Мария Петровна слушала и думала: почему Андрей не такой? Через несколько дней Николай застал ее согнувшейся над грядкой. Предложил помочь, она резко отмахнулась: «Сама справлюсь». А вечером он осторожно сказал: — Вы бы сыну написали. Пусть приедет. Мать одна, а он… Марию Петровну будто кипятком обдало. — Чужой ты мне! — крикнула она. — Андрей — сын, у него жизнь! А ты в дом своей матери приехал — вот и занимайся! Николай побелел, поднялся и молча ушел. Три дня они не разговаривали. Она видела, как он заколачивает окна в материнском доме, собирается в город. У нее же все болело: спина, колени, а на крыше, где прохудился шифер, начал скапливаться дождь. Сухо было — а тут небо затянуло. Ночью грянул ливень. Капли застучали по стеклам, а потом по полу — вода лилась с потолка в углу. Мария Петровна вскочила, накинула плащ и выскочила под стену дождя, не зная, что делать. И тут из темноты шагнул Николай с фонарем. — Вы что, Мария Петровна?! — Крыша течет… Он мигом взобрался по лестнице, заделал дыру рубероидом. Потом стоял на кухне, мокрый до нитки, пил чай и смотрел, как она дрожит. Мария Петровна виновато молчала. Наконец тихо сказала: — Ты прости меня, Коля. Не со зла… просто одиноко. Николай поставил кружку и вдруг усмехнулся: — Это вы меня простите. Я вас все детство помню. Мороз был, тридцать градусов, я из школы шёл, а мать задержалась. У меня ключа не было. Я стучал в первый дом, во второй — никто не пустил. А вы открыли, даже не спросили. Напоили горячим молоком с медом, тулупом укутали. Я тогда подумал: вот это добро, настоящее. На всю жизнь запомнил. Мария Петровна замерла. Память подкинула картинку: белобрысый пацан на пороге, сосульки на ресницах, а она тащит его к печке. Она об этом забыла, а он — вынес через годы. — Господи, — прошептала она и заплакала. — Я не знала… Он взял ее ладонь в свою руку: — Вот видите, добро возвращается. Просто иногда не сразу. С тех пор они работали вместе. Николай не уехал, как планировал. Перебрал забор, утеплил подвал, а перед отъездом купил ей новую газовую плиту — старая искрила и Мария Петровна боялась к ней подходить. Она всплескивала руками, кричала «да зачем же», но надавала ему банок: огурцы, грибы, варенье. — Ольге не передашь, — сказала она. — А тебе вот, и дочке. Николай поцеловал ее в висок, попрощался. Машина растаяла в пыли. Мария Петровна вернулась в дом. На столе стояла его кружка. Она налила в нее свежий чай и вторую — себе. — На всякий случай, — прошептала она пустоте. — Вдруг вернется. За окном светило солнце. И впервые за долгие годы ей не было одиноко.
Открыть в MAX- Просмотры
- 613
- ER
- 5,9%
- Реакции
- 36