Пост канала
— Потому что праздник. Потому что человеку семьдесят пять. Потому что я не хочу, чтобы из-за меня старику юбилей испортили. — А из-за него тебе двенадцать лет можно портить? Вера не ответила. Из-за угла вышел Слава с шампурами, довольный, красный, в мятой рубашке. — Настюх, приехала? Молодец. Иди мясо пробуй, я сегодня в ударе. — Дядь Слав, — сказала Настя ровно, — а вы деду скажете, что ипотеку мама платит? Слава на секунду завис. Потом засмеялся и хлопнул её по плечу шампуром плашмя. — Ой, начинается. Бухгалтерия приехала. Настюх, ну не сегодня, а? Не бери в голову, они старые люди, они по-другому не умеют. И ушёл к мангалу. — Слышала? — сказала Настя. — Второй раз за день одно и то же. Мам, он не на твоей стороне. Он на своей. К пяти жара сдалась, стало просто душно. Мужики говорили про рыбалку, потом про цены, потом про то, что раньше строили на совесть. Гена вспомнил, как в девяносто восьмом чуть не купил гараж. Зинаида Павловна рассказала про внука, который поступил. — А вы, Верочка, где трудитесь? — спросила она. — У меня кондитерский цех. Небольшой. — Она тортики печёт, — пояснила Люся. — Хобби такое. Красиво очень. — Хобби — это хорошо, — одобрительно сказал кум Валера. — Женщина должна быть при деле, чтобы дурь в голову не лезла. Слав, а вы в эту квартиру в каком въехали? — В двадцать первом, — Слава отложил вилку. Вера сразу поняла, что сейчас будет. Она эту историю знала наизусть, как знают припев. — Тяжело было? — Валер, я тебе так скажу. — Слава откинулся, вытер руки. — Я эту двушку с нуля поднял. С нуля. Ни родители не помогали, никто. Взнос собрал, бегал как савраска, потом стены голые — я сам всё, полы, электрика, кухню сам собирал. Мужики знают, что такое квартиру с бетона поднимать. — Ну молодец, — уважительно сказал кум. — Молодец, чего. Взнос был два миллиона от Вериной однушки, в которой они до этого и жили семь лет. Полы клал Руслан. Кухню собирали сборщики из мебельного за две с половиной тысячи, и Слава на них потом ругался, что верхний ящик повесили криво. У Веры пикнул телефон: банк напоминал про завтрашнее списание. Уведомление за сутки она поставила сама, чтобы не забыть переложить деньги с расчётного счёта. Слава, не глядя, взял её телефон со стола и перевернул экраном вниз. — Убери, а то трезвонит, отца отвлекает, — сказал он мягко и погладил её по руке. Со стороны это выглядело как забота. Торт вынесли в семь. Пётр Афанасьевич долго рассматривал мастичный руль, потом сказал, что у него на ЛиАЗе руль был больше, и все засмеялись. Задули свечи. Люся сказала речь про то, что родители — это святое. Нина Егоровна всплакнула. А потом свёкор постучал ножом по бокалу и встал. — Так, тихо все. У меня объявление. Мы тут посовещались... — он подмигнул сыну, — и решили. Славка Верочке машину отдаёт. Насовсем. Дарим, значит. Вер, иди сюда. Вера не поняла. Посмотрела на Славу — тот сиял и уже доставал из кармана ключи. — Иди, иди, — подтолкнула её Люся. Она встала. Ноги были чужие. Свёкор взял её за руку, вложил в ладонь ключи и накрыл сверху своей, торжественно. — Носи на здоровье. И запомни, дочка: мы тебе всё дали. Всё, что могли. И квартиру, и машину, и Настьку твою подняли, хоть она нам и не кровная. Ты только сына нашего береги и не пили его. Мужика беречь надо. Веранда захлопала. Кум Валера крикнул «горько», Люся на него зашикала. Зинаида Павловна опять сложила руки. Настя со своего края смотрела на мать не мигая. — Вер, ну скажи что-нибудь, — толкнула её Люся. — Спасибо хоть скажи. Ключи в руке были горячие от чужой ладони. — Спасибо, — сказала Вера. — Вот и умница, — сказал Пётр Афанасьевич и сел. Слава наклонился к ней и шепнул на ухо, довольный собой до затылка: — Ну ты видишь, как отец тебя любит? Не бери в голову, что он там про «дали». Он же от души. Не бери в голову. Сегодня он сказал это уже третий раз. Она вышла к машине как будто за сумкой. Постояла минуту, взявшись за раскалённую крышу. В салоне пахло горячим пластиком и вчерашним кремом.
Открыть в MAX- Просмотры
- 1 060
- ER
- 1,6%
- Реакции
- 17