Пост канала
- фото
Граф Дракула приехал в Российскую Империю в 1902 году — и, как и положено вампиру, сделал это без лишнего шума, спрятавшись под обложкой книги, выпущенной в Санкт-Петербурге. Первый русский перевод романа, озаглавленный «Вампир — граф Дракула», вышел в типо-литографии В. В. Комарова отдельным изданием тиражом около 200 экземпляров и одновременно был включён в 9-й том сборника «Свет», издававшегося П. П. Сойкиным. Это был анонимный и, по оценкам исследователей, заметно сокращённый пересказ, лишённый части эпистолярной полифонии и мрачной глубины оригинала. Тираж был скромным, а сама книга вышла в ряду развлекательной мистической беллетристики, без претензий на высокую литературу. Дореволюционная Россия, увлечённая спиритизмом, готикой и декадансом, приняла графа прохладно, но не без любопытства. Роман не стал сенсацией уровня «Петербургских трущоб» или «Братьев Карамазовых», однако читательский интерес к нему сохранялся: в 1912–1913 годах появились новые, более полные переводы, уже под названием «Дракула». Любопытно, что среди первых читателей книги оказался Александр Блок. В сентябре 1908 года он писал своему другу Е. П. Иванову: «…прочёл я “Вампира — графа Дракула”. Читал две ночи и боялся отчаянно. Потом понял ещё и глубину этого, независимо от литературности и т. д. Написал в “Руно” юбилейную статью о Толстом под влиянием этой повести. Это — вещь замечательная и неисчерпаемая, благодарю тебя за то, что ты заставил меня, наконец, прочесть её». Речь шла о статье «Солнце над Россией», посвящённой Льву Толстому, где Блок рассуждал о вампирических силах, которые всегда таятся в русской истории и подстерегают её лучших людей. По мнению исследователя В. Цымбурского, впечатления от романа также отразились в блоковском цикле стихов «Чёрная кровь». Так граф Дракула неожиданно вошёл в мир поэзии Серебряного века. После революции судьба романа в Советской России сложилась драматично. В первые десятилетия советской власти мистика и «упадническая» западная литература попали под негласный запрет, и «Дракула» надолго исчез с полок. Официальная критика если и упоминала роман, то лишь как образец буржуазного разложения. Читатель мог разве что смутно знать о графе по зарубежным экранизациям — например, по легендарному немому «Носферату» (1922), который изредка показывали в киноведческих кружках, но массового проката не было. Книга же оставалась недоступной: ни одного советского издания полного текста не выходило вплоть до конца 1980-х годов. Однако и в эти глухие десятилетия граф Дракула не умирал. Образованная интеллигенция, сидевшая в лагерях, пересказывала роман по памяти, превращая его в устную литературу. В лагерной прозе сохранились свидетельства, как заключённые эрудиты «тискали» (пересказывали) «Вампира» наравне с «Графом Монте-Кристо» и «Отверженными». Эти ночные пересказы у костра или в бараке были не только развлечением, но и способом заработка (кусок хлеба или тарелка супа). Так текст продолжал жить в устной традиции — как настоящее вампирское бессмертие. В конце 1980-х годов «Дракула» хлынул к читателям сразу несколькими изданиями, в том числе в переводах, ставших классическими. Тиражи измерялись сотнями тысяч экземпляров — на волне всеобщего интереса к недоступной ранее литературе вампирский роман наконец-то занял место в ряду признанных шедевров готики. Это было уже не скромное «Вампир (Граф Дракула)» из 1902 года, а полноценный, без купюр, мрачный и многослойный текст, который покорил новое поколение читателей. Так граф Дракула, некогда тихо пересекший границу Российской империи в чемодане анонимного переводчика, спустя почти век вернулся уже как триумфатор — чтобы навсегда остаться в русской читательской культуре.
Открыть в MAX- Просмотры
- 38
- ER
- 2,6%
- Реакции
- 1