Пост канала

1. 02.10 · 12:32

   60% россиян не купят холодильник без кредита: правда о «предбедных»   Путин на «Валдае» сказал, что макроэкономика «абсолютно стабильна». Он прав — по некоторым показателям. Госдолг — 17% ВВП. Это ниже, чем у США, Японии, почти любой европейской страны. Дефицит — 3%. Для военной экономики это сдержанно. Инфляция — около 6%. Лучше, чем двузначные цифры прошлого года. Но между цифрами и ощущениями — зарплата конкретного человека. Зарплаты растут, но деньги сжимаются На бумаге зарплаты в России действительно растут. В апреле 2026 года средняя номинальная зарплата достигла 110 000 рублей — на 11% больше, чем год назад. Звучит неплохо. Но «реальные располагаемые доходы» в первом квартале упали на 1%. Не «не выросли» — а упали. То, что добавили в зарплату, съел рост цен. Ещё важнее: темпы роста зарплат резко замедлились. В первой половине 2025 года реальные доходы выросли на 9%. В первой половине 2026-го — только на 1,2%. Один аналитик сформулировал прямо: у предприятий больше нет возможности продолжать «гонку зарплат», потому что производительность не успевает. Вклады обесцениваются, долги растут Это самая парадоксальная часть. Центробанк снизил ключевую ставку с 21% до 14%, рассчитывая на «мягкую посадку». Но первый результат снижения — падение ставок по вкладам. Максимальная ставка по годовым депозитам упала с 15,1% в начале года до 12,8% к концу июня. Человек, положивший 1 млн рублей, за год потерял 23 000 рублей процентного дохода. А кредиты? ЦБ говорит о «мягком ужесточении кредитных условий». Но малый и средний бизнес реально получает займы под 18–25%. Потому что банки не дураки — базовая ставка упала, а рисковая надбавка осталась. Получается странная картина: хранить деньги невыгодно, брать — неподъёмно. Правда о «предбедных» Официально бедность в России — 6,7%. 9,7 млн человек за чертой. Цифра вроде улучшается. Но анализ ЦМАКП даёт другую картину. Есть группа — «предбедные». Те, чей доход чуть выше черты бедности, но нет никаких сбережений. Одна болезнь, одна потеря работы, один незапланированный расход — и они падают обратно за черту. Экономист Алексей Зубец говорит: 60% россиян не могут купить холодильник или стиральную машину без кредита. Это не бедность. Это жизнь без буфера. Ты можешь упасть в любой момент — но пока ещё не упал. Положение предприятий опаснее Глава РСПП Александр Шохин в июле предупредил: если ЦБ не продолжит снижать ставку, осенью возможна «волна банкротств». Он сказал, что стоимость заимствований для бизнеса слишком высока, а спрос сжимается. Многие компании берут кредиты не на развитие, а чтобы закрыть дыры — «не инвестиции, а затыкание дыр». Хуже того: значительная часть корпоративного долга — с плавающей ставкой. Свыше 65% кредитов бизнесу привязаны к плавающей ставке. Каждое изменение ключевой ставки сразу бьёт по платежам. Проблема определения «стабильности» Путин говорит «стабильно». ЦБ говорит «мягкая посадка». РСПП говорит «осенью возможна волна банкротств». ЦМАКП говорит «предбедных не становится меньше». Всё это может быть правдой одновременно. Макропоказатели могут быть стабильными, а микроуровень — домохозяйства и предприятия — задыхаться. ВВП может вырасти на 0,7%, а люди могут чувствовать, что денег становится меньше. Вопрос в том: стабильность — чья?

   Открыть в MAX

   Просмотры

   572

   ER

   9,6%

   Реакции

   55