Пост канала
- фото
А у вас есть в прошлом решения, которые вы признаёте ошибочными, но ничего не меняете и не исправляете? У меня - да. У меня это целый дом. Вот стоит дом. Обычный деревянный дом на дачном участке в восемь соток. Чтобы дом оставался домом, за ним нужно ухаживать. Точнее нужно - в идеале - чтобы кто-то в нём жил. Хотя бы летом. Включал свет. Жарил блины. Мыл сковороду. Красил ставни. Чинил крыльцо. Проверял фундамент: не покосился ли. Пропитывал дерево специальными средствами, чтобы не рассохлось. Оббивал сайдингом, если нужно. Или что там вообще делают люди, которые любят дачу. Если дом бросить, он начинает тихо умирать. Сначала это совсем незаметный процесс. Где-то подтекает крыша. Где-то отходит доска. Где-то начинает гнить пол. Где-то пробежала мышь. Краска потрескалась пузырями. По углам штриховка паутиной. Потом он ссыхается, расползается, кренится, переживает один ливень, второе наводнение, третью зиму - и становится просто опасно заходить внутрь: дом может не выдержать этого свидания. И в какой-то момент дом перестаёт быть домом. Остаётся остовом дома, пунктиром, строением, опасным для жизни. Но сначала у тебя был дом, в котором можно было жить самому или пустить кого-то жить. Потом у тебя появляется дом, который нужно спасать. А ещё через какое-то время - дом, который уже нужно просто разобрать, чтобы он никого не убил. Актив стал обременением. "Есаул, есаул, что ж ты бросил коня? Пристрелить не поднялась рука". Эта песня немножко про меня и дачный дом моей мамы. Мама очень любила эту дачу. Она сама с удовольствием строила этот дом (ну, руководила), что-то там всё время улучшала, украшала, сажала, копала, таскала воду. Дача была её отдушиной. Потому что туда она сбегала от отца, который почти всегда был пьян. А на дачу он не ездил. Это было место, где безопасно. Поэтому для мамы дача была не про грядки. Она была про возможность дышать не перегаром. Я дачу не любила. Потому что поездка на дачу называлась "отдыхать", но отдыхать там было совершенно невозможно. Мама обязательно начинала делать какую-нибудь тяжёлую работу. Копать землю. Таскать воду. Что-нибудь строить. И ты вроде бы хочешь полежать под сливой с книжкой, но где-то в поле твоего зрения мама уже тащит ведро с торфом. А я же хорошая дочь. Поэтому через некоторое время я уже сама тащила мамино ведро, копала мамины грядки и уезжала с дачи ещё более уставшей, чем приехала, и совершенно не понимающей, почему люди добровольно выбирают вот это всё и называют отдыхом. А ещё там насекомые, а у меня инсектофобия. Я цепенею даже от бабочек, и на даче всё время немножко сражаюсь за свою жизнь. Когда мамы не стало, долгое время мне было вообще не до дачи. Потому что обстоятельства, много всего сложного. Была слухоречевая реабилитация дочки, больницы, переезд, адаптация. На дачу мы не ездили совсем. Мы и в целом не дачники, и не умеем вести вот эту жизнь, где нужно добывать себе воду из колодца, а редиску из грядки. Детям, конечно, нужен свежий воздух, но и непсихованная мать тоже нужна детям. А на даче я становилась психованная, потому что там всё время нужно было что-то делать среди шмелей, а ночью не спать, а слушать, как разговаривает с тобой странными скрипами и хнычущим ветром стареющий деревянный дом. Потом я вступила в наследство и сразу сказала мужу: - Дачу надо продавать. Дом умрет без человека внутри. Мы туда не будем ездить. Но муж сказал, что нужно оставить. Ради детей. Это свежий воздух. С Даней они будут рыбачить. С Катей ловить бабочек. Это здоровье. Он будет ездить. Вот сейчас немного раскидается с делами - и будет туда приезжать, следить, заниматься. И все починит, и все покосит, и все запустит. В тот момент у нас всё ещё было нормально в отношениях, и мне это даже показалось милым. Мама любила этот дом, как будто мы таким образом сохраняем память о маме.
Открыть в MAX- Просмотры
- 8 471
- ER
- 8,0%
- Реакции
- 679