Пост канала
- фото
Вот разошлись два человека. Не потому, что один обязательно плохой, а другой хороший. Не бывает так. Однажды у меня случился диалог со знакомой. Мы - так получилось - синхронно развелись и в тот момент проживали острую стадию боли. Это когда волна латентной истерики может накрыть прямо на кассе супермаркета. - Скажи честно, ты хочешь, чтобы он умер? - спросила она меня. Я поняла, конечно, о ком она: о бывшем. И ужаснулась вопросу. - Нет, конечно. Не хочу. Пусть будет счастлив, но где-то далеко. - Ты врешь. Все врут. Потому что сказать правду - что я желаю ему смерти - очень страшно. Поэтому все лицемерничают, и говорят как ты. Чтобы казаться хорошими. "Пусть будет счастлив". Внутри меня лавина ярости и злости. Как можно желать счастья в точке ярости? Она была очень убедительна в том разговоре. Я решила, что со мной что-то не так. Во мне не было ярости, было опустошение и усталость. Я все время хотела спать и плакать. Но вместо этого выполняла обязательства перед детьми и начальниками, и если и злилась, то скорее на себя, за то, что мне "надо" важнее, чем "хочу". Я хочу лежать, а не варить суп. Я хочу реветь, а не держать лицо и делать уроки. Внутри - было яркое желание стряхнуть это всё с себя, и начать жизнь заново. Но точно не было плохих мыслей и пожеланий бывшему. Меня бы сильно напугало, если бы они были. Я пошла к психологу, и выяснила, что со мной не так. Почему я не злюсь там и тогда, где и когда уместно злиться. Мы выяснили, что мою ярость сильно гасит понимание процессов. Когда ты все понимаешь, то сложно ненавидеть. Чужие демоны тебе очевидны, на каком черноземе они выросли - тоже, и ты выбираешь больше с ними не взаимодействовать, потому что это просто опасно для твоей жизни, это тебя разрушает. И надо выбирать: вместе тонуть или уйти. Был план вместе всплывать, но он не сработал. Не все хотят вспывать. Кому-то в какой-то период комфортнее на дне. Там свои выгоды, на этом дне. А ты там задыхаешься. Мое сострадание давно перешло в самопожертвование, только в этом процессе не было благородства. Зато было много пострадавших (дети) и ни одного бенефициара (потому что нет никого спасённого, и нет никого, кто оценит эту жертву) И я не хочу больше быть не спасателем, ни обезболом, не опекуном, ни свидетелем чужих трансформаций, ни понятым в чужом разрушении. И это не слабость, а смелость. Но в этом точно нет ненависти. Я не хочу ему зла. Я хочу между нами безопасного расстояния - и всё. Любой человек - это всегда совокупность. Совокупность его ценностей, поступков и слов на протяжении всей жизни. И даже если прямо сейчас он ведёт себя как мерзавец, он не мерзавец. Нельзя считать его мерзавцем на основании одного поступка, одной фразы. Ты оценивай его всего, в динамике жизни. Ведь раньше он дарил тебе цветы, варил бульоны, целовал ваших детей. Это же тоже был он. Но это было давно, а мерзавец - это сегодня. И кажется, что то, что давно - не считается, если сегодня он мерзавничает. Мерзость перечёркивает благодарность и обнуляет хорошие воспоминания. Но ведь это не так. Всё считается. Человек - это среднее арифметическое его поступков, даже если свежие поступки - условно плохие. Ты их умножай на хорошие, которые тоже были. Зачем они выпали из тебя при учёте твоего мнения о нем? Подбери и умножь. Возможно, ты слишком обижен сейчас, и не можешь быть объективным. Так тоже бывает, конечно. Ну вот разошлись люди. Так сильно изменились они, что больше не могут быть вместе. Когда-то они собирались прожить вместе всю жизнь - в горе и в радости, пока смерть не разлучит их. А в итоге выяснилось, что они не могут вместе прожить даже вторник. И если не разойтись, смерть разлучит их прямо вот на неделе.
Открыть в MAX- Просмотры
- 8 713
- ER
- 8,6%
- Реакции
- 745