Пост канала
Ольга Брюс.лыбка. – Знаешь, я всегда восхищался такими людьми, как ты, – сказал он. – Ты человек без тормозов, без жалости, без сантиментов. И именно поэтому ты мне нужен. Он отставил тарелку в сторону, сложил руки на столе, и голос его стал тише, но весомее: – Я человек не маленький, Стас. Связи имею везде. Очень высоко. Я могу обрубить все хвосты, что тянутся за тобой. Тебя не тронут ни свои, ни менты. Палёный забудет твоё имя, я с ним поговорю. Он мне должен. Дачный посёлок спишут на кого-нибудь другого. Обычная бандитская разборка. Полная амнистия. Полная свобода. Я прикрою тебя всегда и во всём. Хочешь знать, что взамен? Стас смотрел на него, не моргая. – Что взамен? – эхом повторил он. – Твоё слово, – сказал Егор. – Всего лишь слово, что однажды, когда мне будет нужно, ты поможешь мне. Один раз. Не сейчас. Может быть, через год. Может, через десять лет. Но когда я позвоню, ты ответишь. Ты придёшь и сделаешь то, что надо. Повисла долгая, тягучая пауза. Тишину нарушал только лёгкий стук дождя по стеклу. Стас смотрел на свою ладонь, на мозоли от оружия, на шрамы на костяшках. Затем медленно поднял голову. – Хочешь, чтобы я продал тебе душу? – Так ты же сам сказал, что она у тебя пустая. Зачем же жалеть её? – Согласен, – произнёс Стас без эмоций. Бурый расплылся в довольной улыбке. Он хлопнул ладонью по столу, откинулся назад всем корпусом. – Отлично! Вот это разговор! – воскликнул он. – А теперь давай закончим эту ночь приятно. По-человечески. Он поднял руку и щёлкнул пальцами, обращаясь к теням, скрывавшимся у барной стойки. Через мгновение к столу бесшумно приблизились две девушки. Они были потрясающе красивы: длинные волосы, точёные фигуры, кожа цвета слоновой кости. Одна – брюнетка в алом платье, едва прикрывающем бёдра, вторая – блондинка в чёрном кружевном белье поверх короткого шёлкового пеньюара. От них пахло ванилью. Девушки сели рядом с мужчинами. Блондинка прильнула к Егору, который тут же обнял её за талию с видом собственника. Брюнетка без лишних слов грациозно опустилась на колени Стасу, обвила его шею руками и начала целовать щеку, шею, медленно спускаясь к плечу. Стас замер. Он позволил ей касаться себя, позволил рукам скользить по груди, по спине. Он прислушивался к себе, пытаясь уловить хотя бы искру возбуждения или ответного желания. Но вместо этого внутри него разрасталась пустота, холодная и звенящая, как бездна. Тело не реагировало. Мысли были где-то далеко: за окном, в пелене моросящего дождя, который струился по тёплому оконному стеклу ручейками слёз. Ему вдруг показалось, что его где-то ждут. Митька? Нет, в такой час он должен спать. Тогда кто?! Он мягко, но решительно взял девушку за запястья и снял её с колен. Она удивлённо посмотрела на него. – Прости, малышка… Не сегодня… – Что такое? – бросил на него взгляд Егор. – Давно в монахи заделался? – Недавно, – сказал Стас, вставая. В его голосе не было сожаления, только ровная констатация факта. – Если что, звони. Бурый поднял бровь, но не стал удерживать. Лишь усмехнулся. – Договорились, брат. Как-нибудь позвоню. Стас кивнул на прощание, накинул пальто и вышел из ресторана. Дверь за ним захлопнулась, отрезав золотой свет, смех и музыку от промозглой серости раннего утра. На улице сыпал дождь, вперемешку со срывающимся снегом, и Стас с наслаждением вдохнул освежающий голову воздух. Он сел в машину, завёл двигатель и на мгновение замер, глядя на тающие на лобовом стекле снежинки. Куда ехать? В свою пустую, холодную квартиру, где единственным собеседником будет тишина? Или в ту, новую, что он снял по соседству с Митькой? Мысль о мальчишке отозвалась тупой болью в груди. Он не видел его уже несколько дней, и эта тоска по Митьке показалась ему почти физической. Ему отчаянно хотелось вырвать его из рук прогнившей насквозь родни. Быть с ним рядом всегда. Защищать. Заменить ему отца. Но нельзя. Никто не должен знать о существовании пацана в жизни Стаса. Даже Бурый. Особенно Бурый. Стас никому не доверял. Уже давно. Он включил передачу и выехал на пустую трассу, направл
Открыть в MAX- Просмотры
- 441
- ER
- 10,9%
- Реакции
- 48