Пост канала
Домашние беспокоились. Но Мария прошла на кухню и попросила есть. Переглянулись — отпустило. А она на другой день поехала опять. И на третий. Тут её и застукала подруга сестры: — Ты одна? А дома знают? Ну конечно, доложила. Мария получила за самоволие сполна. Молчала, когда допытывались. Потом не выдержала и крикнула: — Да серёжки я у Преподобного просила! Вы же мне не покупаете! Начались долгие беседы. Мама сказала: у Преподобного надо просить усердия в учёбе. Разве тебе не о чем попросить? Разве у тебя всё в порядке с математикой? И Мария загрустила. Мамина правда устыдила её. Но был тихий тёплый вечер. Мама вошла домой молчаливая и красивая. Не поспешила на кухню, а села на диван, обняла дочку. — Дай руку, — попросила негромко. Маленькая коробочка легла в ладошку. А в ней... — Серёжки... Мама, серёжки! Ты купила? Дорогие? Но мне не надо ничего, ботинки на зиму... — Нет, дочка. Это тебе преподобный Сергий подарил. Ночью, когда Мария спала, притихшие домашние слушали историю. Мама торопилась к электричке, и её догнала знакомая. Не виделись давно — как, что, как дети? — Ой, и не спрашивай. Мария такое вытворяет. Увидела у кого-то серёжки и — хочу, и всё. Стала ездить в Лавру и молиться у раки преподобного Сергия, чтобы он ей серёжки подарил! Знакомая остановилась в изумлении: — Серёжки? Преподобному молилась? Проводила маму до электрички. И когда та уже вошла в тамбур — вдруг быстро сняла с себя серёжки: — Возьми. Это Машке. Мама корила себя всю дорогу за бестактный рассказ. Поехала на следующий день отдавать. А та не берёт: это не от меня, от преподобного Сергия. Муж этой знакомой, Натальи, — дьякон одного из подмосковных храмов. Его всё никак не рукополагали в священники. И Наталья пошла просить помощи у преподобного Сергия. Тоже выстояла очередь, тоже преклонила колени. И пообещала: «Серёжки свои золотые пожертвую, помоги...» Вскоре мужа рукоположили. Настало время отдавать обещанное. Пришла в Лавру — и в растерянности: куда ей с серёжками? На раке оставить нельзя, передать — кому? Вышла из Лавры, тут и повстречалась с Марииной мамой. И ушам не поверила: девочка ездит к Преподобному за серёжками... Сняла золотые капельки-огоньки. По благословению Преподобного. И нарушить его Наталья не может. А Мария и не удивилась особенно. Детское сердце открылось навстречу святому старцу и искренне уповало на его помощь. Молитва — особенный труд. В нём своя тайна, свои законы и свой промысел. Уши у Марии не проколоты. И мама опасается разрешать носить серёжки в школу. Пока раздумывали — позвонил иерей Максим. Тот самый, чья матушка молилась Преподобному. — Слушай, Мария, тут такое дело. Собор наш надо восстанавливать, фрески требуют реставрации. Хочу попросить тебя — помолиться, чтобы Господь дал нам силы для работы во славу Божию. Как только фрески восстановим — благословляю тебя носить серёжки. Согласна? — Как благословите, отец Максим, — смиренно ответила раба Божия Мария. Она очень хочет, чтобы это произошло поскорее. Каждый вечер встаёт на молитву перед иконой преподобного Сергия, кладёт земные поклоны, просит, надеется, верит. А собор называется Троицкий — и в том тоже просматривается чудный Промысл Божий. Такой он, преподобный Сергий. Ему есть дело до всех просьб. Даже в самых нелепых на первый взгляд таится великий Промысел. 🙂
Открыть в MAX- Просмотры
- 150
- ER
- 20,0%
- Реакции
- 30