Пост канала
- фото
История «Автобус в шесть утра» Мне было восемнадцать, когда я впервые поехала одна в город. Не на рынок с матерью, не к тётке, не в поликлинику, а совсем одна — подавать документы на курсы. Тогда мне казалось, что эти курсы отделяют мою прежнюю жизнь от какой-то другой, большой и настоящей. Автобус уходил в шесть утра. Мама подняла меня в четыре сорок. На кухне уже горела лампа, на столе стоял чайник, два варёных яйца, хлеб с маслом и маленький свёрток с пирожками. — Мам, я же не на войну. — В городе тоже едят. — Там есть столовая. — Столовая тебя не знает. Вот такой у неё был аргумент. Я всю ночь почти не спала. То представляла, как захожу в большое здание, называю своё имя и меня сразу принимают. То вдруг видела себя на обратной дороге с документами в сумке и страшным словом «не поступила». Платье я приготовила ещё вечером. Синее, в мелкий горох. Мама сказала, что слишком нарядное. Я переоделась в серое. Потом опять в синее. Потом решила, что люди в городе сразу поймут, что я деревенская, потому что только деревенская девчонка способна трижды переодеться ради поездки на автобусе. На остановку мы пошли вместе. Село ещё спало. За заборами иногда лаяли собаки, на траве блестела роса, от речки тянуло прохладой. Мама несла мою сумку, хотя я раз пять пыталась отобрать. — Я сама. — Знаю. — Ну дай. — На автобусе сама понесёшь. У остановки уже стояли человек десять. Дед Федот ехал к зубному, две женщины везли банки сметаны, парень из соседней улицы держал под мышкой свёрнутый ковёр неизвестного назначения. И вдруг я увидела отца. Он стоял чуть поодаль, в рабочей куртке. — А ты чего здесь? — Мимо шёл. В пять сорок пять утра. Мама даже не улыбнулась. Видимо, супруги после двадцати лет брака уже не разоблачают друг друга по мелочам. Отец сунул мне в ладонь сложенную десятирублёвку. — Это зачем? — Чтобы было. — У меня есть деньги. — Пусть этих не будет. Он всегда разговаривал так, будто каждое лишнее слово государство облагает налогом. Автобус показался из-за поворота, и вот тут вся моя смелость куда-то делась. До этого я хотела уехать. В ту секунду захотелось домой. Я вдруг очень ясно увидела нашу кухню, занавески, кружку с отколотой ручкой, свою кровать, кота под печкой. Даже мать, которая вчера ругалась, что я оставила туфли посреди комнаты, показалась человеком, с которым прекрасно можно прожить ещё лет пятьдесят. — Может, не сегодня? — сказала я. Мама посмотрела на меня: — Почему? — Не знаю. Голова что-то… Она приложила ладонь ко лбу. — Холодная. — Живот тогда. — Тоже холодный? Я чуть не засмеялась. Автобус уже тормозил. — Мам, а если я не поступлю? — Вернёшься. — А если поступлю? — Тоже когда-нибудь вернёшься. — А если там всё не так? Она поправила мне воротник. — А ты съезди и посмотри. Не надо заранее проживать плохую жизнь, которой ещё даже не случилось. Дверь автобуса открылась. Я поднялась на первую ступеньку, потом обернулась. Отец стоял, засунув руки в карманы. Мама держала пустую уже сумку из-под моих вещей, будто ей срочно надо было чем-нибудь занять руки. И тут она крикнула: — Пирожки не раздавай всем подряд! Весь автобус засмеялся. Так я и уехала во взрослую жизнь под строгий материнский запрет на чрезмерную щедрость с пирожками. Через десять минут село исчезло за поворотом. А ещё через двадцать женщина рядом спросила: — Девушка, вы пирожки не продаёте? Я подумала о маме. И сказала: — Нет. Но одним могу угостить. 📖 Из «Бабушкиной тетради XXI века» ❣️написать мне в личку 💫Поставь пожалуйста 💖если тебе нравятся мои посты
Открыть в MAX- Просмотры
- 141
- ER
- 3,5%
- Реакции
- 5