Пост канала
Дискурс о «Темной стороне K-pop», который испанский журналист использовал в качестве примера, мало интересуется этими «сложными аспектами» K-pop. Он рассматривает K-pop сцену исключительно через призму либерализма и Просвещения. В результате возник дискурс, который берет за одну ось критику прав человека и условий труда айдолов — включая рабские контракты, изнурительные графики, пункты о запрете свиданий и сексуальную объективацию несовершеннолетних, — а за другую ось — отношение, которое принижает искусство, называя K-pop певцов «куклами массового производства на фабрике». Давайте рассмотрим основания, на которых этот дискурс принижает искусство K-pop. В данном дискурсе критикуется система стажировки. Речь идёт не о вреде, который эта система наносит правам человека и основным правам айдолов. Аргумент заключается в том, что K-pop не является истинным искусством, поскольку это искусственная система, где развлекательные агентства обучают стажёров, чтобы те дебютировали как артисты, а не талантливые люди становятся артистами «естественным путём». Эта точка зрения основана на предпосылке, что художественные способности врождённы и не могут быть созданы посредством обучения. Если художественные способности нельзя развить с помощью обучения, то является ли художественный талант чем-то дарованным от рождения? Однако отношение, придающее значение «гениальному субъекту» художника, не является ни современным, ни даже модернистским. Это объясняется тем, что, пройдя через периоды модернизма и постмодернизма, центр тяжести искусства сместился от творчества художника к его выбору и к аудитории, которая придаёт смысл искусству и наслаждается им. Начиная с появления фотографии, позволившей технически воспроизводить произведения искусства, и заканчивая выставкой авангардного художника Марселя Дюшана, представившего купленный в магазине писсуар под названием «Фонтан», и когда виртуальное и реальное стали неразличимы и переплелись в компьютерной графике (CGI) и смешанной реальности (MR), создавая новые ощущения, категория искусства постоянно менялась и расширялась на каждом таком поворотном этапе. Эффект, производимый дискурсом «Темной стороны K-pop», очевиден: он обозначает тех, кто находится по другую сторону системы, создающей артистов посредством обучения, как «истинных артистов». Другими словами, он возвышает и натурализует универсальную западную систему художников как норму и подлинное искусство. В рамках этого дискурса K-pop низводится из искусства до особого «навыка», оттесняемого на периферию мировой музыкальной индустрии. Как видно из интервью RM испанскому СМИ, ситуация, когда K-pop певцам, дающим интервью зарубежным СМИ, задают больше вопросов о K-pop культуре, чем об их собственной музыке, подтверждает движущую силу дискурса, который классифицирует K-pop как особый жанр, граничащий с навыком. RM из BTS классифицируется как K-pop артист, но Дрейк не классифицируется как канадский рэпер. Это происходит потому, что классификация объекта для создания стереотипов обычно является действием, происходящим в рамках иерархической структуры. В этом контексте дискурс о «темной стороне K-pop» вырождается из вопроса промышленной этики или художественной эстетики в инструмент игры власти, связанной с гегемонией глобальной популярной культуры. Дискурс, охватывающий как интерактивные процессы мышления и коммуникации, так и их результаты, является социальным процессом, который конструирует, поддерживает и трансформирует смысл мира. Поскольку этот дискурсивный процесс неизбежно воплощает классовые характеристики и формы власти, всегда существуют напряженность и конкуренция вокруг гегемонии. Западный критический дискурс в отношении K-pop неизменно строится вокруг нарратива о «темной стороне K-pop». Макияж или андрогинная одежда мужских айдолов интерпретируются как отсутствие мужественности , а система стажировки рассматривается как «отсутствие артистизма», которая производит идентичные продукты, как на фабрике; более того, в зарубежных статьях,
Открыть в MAX- Просмотры
- 1 259
- ER
- 6,8%
- Реакции
- 86