Пост канала
- фото
Последнее время я всё чаще ловлю себя на неприятном ощущении: открываешь утром новости -- и словно получаешь очередную порцию чего-то токсичного. Войны, смерти, ненависть, угрозы, катастрофы, люди, переставшие слышать друг друга… И самое скверное даже не отдельная новость, а ощущение, что этот фон стал постоянным. Мы научились с ним жить, работать, читать лекции, встречаться с друзьями. Но организм никто не спрашивал, согласен ли он годами жить в тревоге. Поэтому сегодня -- совсем другая история. Про человека, который однажды решил противопоставить болезни… смех. В 1964 году американский журналист Норман Казинс вернулся из поездки в СССР с небольшой температурой и ломотой. А дальше началось странное: сильнейшие боли, нарастающая скованность, он практически перестал двигать шеей, руками, ногами, пальцами, с трудом открывал рот. СОЭ достигла 115 мм/ч. Диагноз до сих пор вызывает вопросы. Врачи назвали это модным тогда словом «коллагеноз», а консультанты клиники Говарда Раска предположили анкилозирующий спондилит. Но я бы поставил большой знак вопроса. Острое начало с лихорадкой, полиартритом и огромной воспалительной активностью, а затем практически полное восстановление без характерного анкилоза -- не слишком похоже на болезнь Бехтерева. Возможно, сегодня мы назвали бы это постинфекционным системным воспалительным синдромом. Сами врачи обсуждали предшествовавшую стрептококковую инфекцию. Но дальше начинается самое интересное. Казинс рассуждал просто. Если страх, тревога, бессонница и стресс способны ухудшать течение болезни, почему положительные эмоции не могут действовать наоборот? Он покинул больницу, поселился в гостинице и раздобыл кинопроектор. Братья Маркс, смешные моменты, снятые скрытой камерой, комедии -- всё, что заставляло его по-настоящему хохотать. И обнаружил: 10 минут смеха позволяли ему около двух часов спать без боли. Казинс решил следить и за СОЭ. Она стала снижаться. Самочувствие улучшалось, вернулась подвижность. В итоге он восстановился и прожил ещё 26 лет. Можно было бы сказать: чудесное исцеление смехом! Но я всё-таки врач. Один пациент -- это один пациент. Мы не знаем точно, чем он болел, параллельно он получал огромные дозы витамина С, а многие острые воспалительные заболевания способны разрешаться самостоятельно. И всё же спустя полвека оказалось, что идея Казинса не так безумна. Сегодня мы лучше представляем ось «мозг -- иммунная система». Хронический стресс активирует гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую систему и симпатику, меняет секрецию кортизола и катехоламинов, а через них -- иммунный ответ и продукцию провоспалительных цитокинов. ИЛ-6, ФНО-α, ИЛ-1β здесь не просто молекулы воспаления: они участвуют в двустороннем разговоре иммунной системы с мозгом. И смех способен вмешиваться в этот разговор. В исследованиях после сеансов настоящего смеха обнаруживали снижение стрессовой нейроэндокринной реакции, изменения некоторых иммунных показателей и восприятия боли. А в метаанализе 2023 года, объединившем восемь исследований, уровень кортизола после «смеховых» вмешательств снижался в среднем примерно на треть по сравнению с контролем. Это не значит, что пора закрывать аптеки и включать Райкина. «Лечение смехом» (гелототерапия) не избавит от аутоиммунных заболеваний, рака или инфекции, и серьёзные учёные рассматривают её лишь как дополнение к нормальной медицине. Но мне нравится другое. Казинс наглядно напомнил медицине, что эмоции -- не эфемерная надстройка над организмом. Эмоция тоже имеет свою биохимию. Страх имеет биохимию. Хроническая тревога имеет биохимию. И радость -- тоже. Поэтому в нынешнее совершенно безумное время я бы не стал советовать «мыслить позитивно». Меня самого эта фраза раздражает.
Открыть в MAX- Просмотры
- 6 034
- ER
- 8,0%
- Реакции
- 484