Пост канала
- фото
Нормальный мужик давно бы квартиру купил🤬 — Ты когда-нибудь вообще думаешь о том, чего хочу я? Или для тебя существует только её мнение? Денис сказал это не повышая голоса. Даже почти спокойно. Но Лера почувствовала, как внутри него бушует буря. — Денис, ты преувеличиваешь. — Преувеличиваю? — он повернулся от раковины, руки мокрые, капли на линолеуме. — Ты только что, стоя в дверях, слово в слово повторила то, что твоя мать сказала две недели назад. Дословно. «Тебе бы в первую очередь о стабильности подумать». Она это бросила мне в лицо за ужином. А ты сейчас… как диктофон. Лера открыла рот, но не нашла, что ответить. Потому что он был прав. Она действительно повторила мамины слова. И даже не заметила этого... Раиса Павловна приехала в субботу, без предупреждения. Позвонила в дверь в одиннадцать утра, когда Денис ещё возился с протекающим краном на кухне. Лера открыла — и по тому, как мать прошествовала в прихожую, стянула берет и огляделась, поняла: это не визит вежливости. Это инспекция. — У вас тут опять сырость по углам? Между прочим, для почек плохо, — Раиса Павловна не снимала пальто, пока не обошла всю квартиру. Подняла штору в комнате. Постучала по батарее. — Зимой небось мёрзнете? Батареи-то дешевенькие. — Мам, всё нормально, — Лера подала ей чай. Кофе она сварила отдельно, в турке, потому что мать кофе «не признавала». — Нормально, — Раиса Павловна произнесла это так, будто слово было диагнозом. Она не притронулась к чашке. Печенье, которое Лера купила вчера в «Магните» — специально, не самое дешёвое, — даже не удостоилось взгляда. — Два года женаты. Два. И всё по чужим квартирам таскаетесь. Как цыгане. Денис стоял у стены, скрестив руки. Молчал. Он давно научился молчать при Раисе Павловне — не потому что боялся, а потому что каждое его слово она ловила, взвешивала и использовала против него потом. Зачем давать материал. — Мы копим, — сказала Лера. — Копите, — фыркнула мать. — С каких шишей? С вашей зарплатой вы через десять лет накопите. Если не позже. — Мам, — Лера встала. — Пойдём, я провожу тебя. — Я чай не допила. — Допьёшь в следующий раз. Лера почти физически выталкивала мать в коридор. Денис слышал обрывки: «да, мам», «я знаю», «мы разберёмся». Потом дверь захлопнулась, и тишина стала оглушительной. Он вернулся к крану. Прокладка износилась, вода сочилась по резьбе тонкой плёнкой, и сколько он ни подтягивал гайку — ничего не менялось. Как и со всем остальным в этой квартире. Она была чужая, и он это чувствовал каждым движением. Чужие обои. Чужая вешалка. Чужие трубы. Даже запах — чужой. Лера пришла из коридора. Он слышал, как она возится с посудой. Гремит чашками громче, чем нужно. Он знал этот звук. Это значило: она хочет поговорить, но не знает, как начать. — Денис. Он ждал. — Мама предлагает помочь. На первый взнос. Просто дать денег. Нам. Без возврата. Он перестал крутить гайку. — Нет. — Почему? — она повернулась к нему. — Объясни. По-человечески. — Потому что. — Он выпрямился, вытер руки полотенцем. — Я сам хочу это сделать. Сам. Не потому что герой. А потому что если мы возьмём её деньги, она будет иметь права. Каждый раз. Каждый ваш с ней разговор, каждый праздник, каждый наш спор — она будет напоминать. «Я же помогла, денег дала, без меня бы вы не справились ». И я это пережить не смогу. Лера прищурилась. Губы дрогнули. — Ты слишком гордый для человека, который работает на складе за тридцать пять. Слова упали. Денис замер. Не потому что обидно — потому что знакомо. Это была не Лерина фраза. Это Раиса Павловна бросила её в коридоре, когда уходила. Думала, он не слышит. А он слышал. Каждое слово. И вот теперь Лера повторяет — как эхо, как попугай, не понимая, что повторяет. Он не ответил. Пошёл в комнату. Сел на диван. Включил телевизор без звука. Просто чтобы был свет...
Открыть в MAX- Просмотры
- 669
- ER
- 5,7%
- Реакции
- 38