Пост канала
Теперь Галина, да что уж там – все трое, понимали, откуда взялось это желание всё-всё тащить к себе домой. Люди пережили тяжёлые времена, – остались без работы, пенсий ещё не было, в городке этом вряд ли что-то можно было подходящее найти для людей их возраста, тем более, тяжёлые девяностые были – вот с тех пор и осталась в них эта страсть к складированию и накопительству... Это было настолько ужасным, что она рассеянно и беспомощно посмотрела на Алину. Та ободряюще подмигнула ей. – Дед-то у меня почти не встаёт уже. Такой же худой, как малой – сядет в его коляску иногда, и едет на мусорку, там за контейнер подтянется, повиснет на краю, да вот так домой чего и принести может... От всего, что слышала сейчас, Галину замутило. Она вспомнила свой чистый, уютный дом, в котором генеральная уборка проводилась раз в месяц, а лёгкая – каждый день, и ей вдруг захотелось – и откуда только взялось это дикое желание! – хорошенько убраться в этой квартире, навести порядок, чистоту. – Но ведь вы сейчас нормально живёте, сами говорите – пенсия у обоих, Клавдия и Захар мало-мало помогают – зачем же... по помойкам? – А! – женщина махнула рукой – его уж не переделаешь, старика моего! Всё в дом прёт, а выкинуть не даёт ничего – нужное всё! А вы... как узнали-то, где мы живём? – вдруг задала вопрос сама Светлана. – Так мне... невестка ваша, жена Захара, дала адрес. Только не этот, а тот, где вы раньше жили. А вот уже оттуда... – А! – женщина улыбнулась, видимо, её приятные воспоминания были связаны с тем временем – мы тогда хорошо жили! Работали оба! А потом вот... сюда переехали. – А почему? – спросила Галина – не поделитесь? Вроде бы и работа у вас там была... И соседи о вас хорошо отзывались... – Да вот, старик чё-то удумал – давай, говорит, продадим там квартиру, она там поболе была, да в этом городе поменьше купим! По стрельнувшему в сторону взгляду женщины, Галина сразу поняла, что причина была вовсе не в этом. И в этот момент, когда она открыла рот, чтобы ещё что-то сказать, внезапно в окно, которое выходило в палисадник, со стороны квартиры Светланы раздался громкий стук, а потом звонкий детский голос: – Мама! Мам! Галина резко обернулась – в грязное окно она увидела лицо ребёнка лет десяти – одиннадцати, который стучал по стеклу маленьким кулачком и смеялся, странно коверкая рот. Она медленно направилась к палисаднику, открыла калитку, вошла внутрь и смотрела на лицо ребёнка, серьёзно, без улыбки. Потом приложила свою ладонь к стеклу, а мальчик приложил свою с другой стороны. Сквозь грязное, давно не мытое окно, Галина смогла рассмотреть и худую фигуру ребёнка, и его неестественно большую голову, и тонкие ножки, одетые в старые колготки, и серую, застиранную майку. Ребёнок сидел в большой, не по размеру, инвалидной коляске, видимо, кем-то отданной семье. Коляска была старой, один подлокотник отсутствовал, на втором не было сверху мягкого чехла и ребёнок держался второй ручкой за металлическую трубку. Лицо ребёнка кого-то очень сильно напоминало ей, и она, находясь в состоянии шока, неизвестно сколько стояла бы так, если бы не Алина, которая подошла к ней и сказала: – Галя, пойдём! Неудобно... Они снова подошли к скамейке, Владислав, наблюдавший всю эту картину, отвернулся, видимо, ему было не по себе. Светлана же смотрела настороженно и выжидающе. – Скажите – свой голос Галина не узнала – а что это у вас за ребёнок там? Чей он? – Так мой! – как-то слишком весело и быстро ответила женщина, улыбаясь – младшенький самый... – Разве? – Галина понимала, что женщина врёт. – Мой, я вам говорю! У меня и документы есть, где я матерью записана! – Ребёнок же болен! Что с ним? – Да после родов осложнения... Обезножил вот... Поздно я его... того... родила... – Его же... лечить надо. А у вас антисанитария дома... – Да уж теперь как-нибудь доживём. Покуда я жива, и он со мной жить будет... – Так может его вылечить можно? – встрял Владислав, который, по всей видимости, терял терпение – вы хоть в больницу-то с ним обращались?
Открыть в MAX- Просмотры
- 1 885
- ER
- 22,3%
- Реакции
- 420