Пост канала
зливым голосом говорит она – правда… Я всего лишь выполняю свою работу и веду себя ниже травы, тише воды. Вот и всё! - Может быть, вы слышали какие-то подозрительные разговоры между членами семьи? - Нет! В обязанности работников не входит слушать разговоры хозяев, нам платят деньги не за это! - Ладно, идите пока, Анастасия. Да, возьмите мою визитку – если вдруг что-то вспомните, позвоните мне, пожалуйста. Она успокаивается. - Конечно. Я могу идти? - Да. На ресепшене вам подпишут пропуск. Итак, это ещё не о чём не говорит. Да, девушка выгляди зашуганной, но не более того. В конце концов она действительно могла ничего не знать и не видеть, а также не слышать. Наверное, потому что она, словно живая кукла, привыкла смотреть туда, куда смотрят её хозяева, и видеть только то, что ей скажут. Этакий послушный солдат, исполняющий приказы. Когда надо – вытянется по стойке «Смирно!», когда надо – поднимет ногу, шагнёт вперёд и пойдёт туда, куда скажут. Это не плохо и не хорошо – это просто так и есть. Я ведь тоже, с одной стороны, послушный солдат, и если надо – пойду туда, куда скажут… Возвращаюсь к себе в кабинет и решаю пока съездить к Барсуку ещё раз поговорить с Виталиной Михайловной. По дороге принимаю звонок от Дани: - Маргоша, послушай, Виталина Михайловна непричастна к лаборатории Майрановского. Она работала в основном в больницах, правда, доктор наук… Этого не отнять. Врач-анестезиолог, но к ядам, тем более, к тетродотоксину, отношения не имеет. - Послушай, Даня, прошерсти её знакомых и друзей. У врачей обычно широкий круг. Я больше, чем уверена, что это она нашла тетродотоксин и убила девушек, а это можно было сделать только через знакомых, коллег и так далее… - Хорошо, начну прямо сейчас. Я знаю, что у него много работы – разобраться, в первую очередь, со всеми подозрительными смесями, но сейчас важно и это – проверить, могла ли мать Барсука быть потенциальной убийцей девушек. Тем более, она больше всех остальных в этом заинтересована. У Виталины Михайловны такой вид, словно она никуда и не уходила после того, как мы увезли персонал – сидит всё там же, в гостиной – прямая, как доска, высокая и величественная, обе руки – на подлокотниках кресел. Замечаю, что несмотря на возраст и некий аскетизм, практически все пальцы на её руках унизаны золотыми кольцами. Картина изменилась лишь в том, что рядом недалеко от неё сидит Мила и… читает книгу. Странно, что я удивляюсь этому, но ведь в наше время редко встретишь такое, что люди читают именно бумажные экземпляры. Чаще всего теперь в планшетах и телефонах сидят. Люди с бумажной книгой – большая редкость… - Мила – говорю я ей – выйдите, пожалуйста, у меня разговор к Виталине Михайловне. - Я уже ответила на все ваши вопросы – спокойно говорит та. - Что же – отвечаю ей – тогда вызовем вас повесткой к нам. Она некоторое время думает, потом кивает Миле: - Мила, детка, иди… У меня нет желания раскатывать по органам, да и времени тоже. Предпочитаю ответить на ваши вопросы здесь. - И правильно – Мила выходит, а я спрашиваю у Виталины Михайловны – послушайте, вы ведь врач? Анестезиолог, верно? То есть достать для вас яд – это пара пустяков. - Что вы имеете ввиду? – холодно спрашивает она – я врач, который лечил людей, а не убивал их! - Дело в том, что обе девушки всё-таки были убиты. Здоровье у обеих было отменнейшее. - Вот как! – усмехается она – и поэтому вы решили, что это сделала я? Потому что я врач?! Логика – не ваш конёк, моя милая! - Могу вернуть вам ваш комплимент, только в отношении честности. Правдивость – не ваш конёк, уважаемая Виталина Михайловна. Вы соврали мне, что ничего не имели против невест вашего сына, хотя и были от них не в восторге. - С чего вы взяли, что я вам соврала? - Потому что у меня есть сведения о том, что вы настраивали Милу против невест вашего сына. - Ваши сведения – это всего лишь ваши домыслы, и не более! - Мои сведения – это документальные доказательства, протокол допроса! - Извольте объяснить – чей именно! - Сомневаюсь, что я должна вам что-то объяснять.
Открыть в MAX- Просмотры
- 1 593
- ER
- 13,0%
- Реакции
- 207