Пост канала
поехал в город утренней электричкой вместе с другими жителями посёлка, кто знал, поздравлял новосёла, здоровья желал ребёнку и маме. Потратил Митя всё, что было у него на мебелишку – самое главное кроватку купил. Два стула, стол, матрасы три, на большее не хватило. Ну и вещичек детских, каких нашёл, совсем мало, но что смог. Остальным обзаведутся, когда зарплату получать начнёт. Не спал две ночи молодой папаша, собирая кроватку, стол отмыл, приспособил уголок для хозяюшки, чтобы готовить могла. На второй день к вечеру потянулись к их дому жители в основном женщины, некоторых он уже видел в электричке, детвора прибегала, сумки передавала от родителей. Слух прошёл по посёлку, что ничего у молодых нету, кроме дитя новорождённого, и то девчонка... Передавали пелёнки застиранные, ползунки, что-то из посуды, кастрюлю алюминиевую, ковш для каши, женщина так и сказала: - Я в нём и варила своим, ни разу не пригорела каша! Ребёночку на здоровье, сами такими были, с голыми задницами ехали. Смущался, краснел, но брал. Митя попытался отказаться сразу от первой гуманитарки, так женщина в возрасте его с ходу на место поставила: - Из гордых, что ли? Бывает! Ты ж смотри, сегодня тебе помогают - завтра ты поможешь. Вишь, сколько ещё домов пустых, - показала она на дом, напротив, - приедут другие, дай бог, чтоб со своим скарбом. Оставила на ступеньках сетку с одеялом и ушла. Вот так попали! Место-то оказалось действительно лучшим из возможных, люди здесь вон какие, отзывчивые, добрые, будто отбирали их на сортировке. И Юрий позвал к себе, вдвоём кровать перенесли с железной сеткой. - У меня их три, но ты всё равно верни, как своим обзаведёшься, вдруг мои вернуться, а спать не де, - вытирал он пот со лба. На третий день вышел на работу Митя и закрутило его. Мужики весёлые, женатые поздравляли папашу, в работе послаблений не давали. Махал лопатой и кувалдой бил как все. Обещал проставиться, как заберёт своих из роддома, на самом деле денег у него совсем не было. Отбил телеграмму маме, чтобы прислала рублей двадцать пять, на первое время. Заодно сообщил хорошую новость. Деньги мама отправила, а вот с рождением ребёнка не поздравила, знала чья девчонка - волчьего племени - Тихоново. Не удалось Мите к Оле приехать, раз попал уже вечером документы взял, чтобы свидетельство сделать, и всё. С работы приезжал поздно, но бельевые верёвки во дворе сделал. По темноте делал, от комаров отбиваясь, но поставил рогатины. Узнал, где штакетник берут люди, он тоже у всех тут одинаковый. Выписывают в совхозе, но он не работает в совхозе, как быть? - Куда ты гонишь?! – сидел на ступеньках крыльца Юра, пока Митя вкапывал опоры для бельесушилок. – Жена выйдет на работу в совхоз, там и будешь выписывать доски, щебень, штакетник, а так всё на своей железке, там тоже много чё есть, знаем, - подозрительно покосился Юра на дорогу. - Подъёмные хоть будут вам, а? - Я не специалист, у меня рабочая специальность. Работа есть, крыша над головой, и то хорошо! Дом такой, слов до сих пор нет... - А, ну тогда сам, у вас всё равно там лучше платят, чем в совхозе. Тихонечко надоедать начал Юра, не раздражал пока, но… вырастал из ниоткуда и отделаться от невозможно было пока сам не уйдёт. Митя поехал забирать Олю. Нарядился - рубашку самую лучшую достал из чемодана, пытался разгладить как мог без утюга – не вышло! Выручил Юрий, принёс свой, потом сразу же забрал, «вдруг его вернутся». Цветы купил в городе на вокзале Митя, спешил к новому человечку и любимой Оле. Всё представлял, как зацелует её на порожке роддома, на руки поднимет, но дольше всех прождал у дверей роддома и пыл его постепенно сменился на раздражение. - Что у них там конвейер, что ли? – думал Митя, вышагивая у ограды с вялым букетом в руках. Шестая выходит, папаше сразу двоих вынесли, оба с голубыми бантами, а Оли нет. Вот и его позвали, от волнения он чуть не выбросил куцый букетик в сторону – руки тряслись, на одном месте стоять не мог. Вот и Оленька! Полненькая медсестра несла конвертик белый с красным бантом, розов
Открыть в MAX- Просмотры
- 951
- ER
- 8,7%
- Реакции
- 83