Пост канала
Мы встретились осенью 1997 года, за две недели до его 95-летия. «О себе он рассказывал охотно и подробно. Может, ещё и потому, что вниманием его баловали нечасто. Другой бы замкнулся, слова не вытянешь, только рукой бы махнул. И был бы вправе: так жестоко прикусил его «век-волкодав», нескончаемый для кого-то, а наше поколение зацепивший уже в состоянии дряхлости и беззубости: всё самое тягостное, весь его крутой норов обрушился на плечи таких, как он. Мог бы хранить молчание. А он словно вырвался из заточения малюсенькой однокомнатной хрущёвки, забитой старыми вещами и книгами («За всю мою работу, за все мои труды я получил вот эту конуру, которую называют "комфортабельной квартирой"», – пожаловался Кирпиченко в конце разговора), – и говорил, говорил. Единственная заминка – слуховой аппарат, который время от времени давал сбой…» Утратив в сталинских лагерях зрение и слух, потеряв семью, глубокий старик до конца дней работал и строил планы научных исследований. И не понимал, что значит «усталость от жизни»... Правда, 95-летие Михаила Кирпиченко осенью 1997 года в Институте экологии всё же отметили – были уже другие времена. С. МЕЛЬНИК
Открыть в MAX- Просмотры
- 55
- ER
- —
- Реакции
- —