Пост канала
- фото
🇺🇸⚓⛴ Убийство на авианосце «USS John F. Kennedy»: халатность, стоившая жизни Авианосец «Джон Ф. Кеннеди» (CVN‑79) ещё не принял на борт ни одного самолёта. Он стоял у достроечной стенки в Ньюпорт‑Ньюсе — огромная серая скала, изрезанная такелажными лесами. На полётной палубе пахло не керосином, а свежей краской. Временный экипаж — двести тридцать человек — готовил корабль к выходу в море. Джесси Брасвелл пришёл на флот в восемнадцать. В марте 2025‑го он прибыл на «Кеннеди» зелёным новобранцем — это был его первый корабль. Сослуживцы прозвали парня «Солнышко» за улыбку даже в аврал и редкое умение найти доброе слово для каждого. На авианосце он нёс службу в дежурной смене охранения — обязанности, которые доверяют только надёжным матросам. Его напарник, авиационный боцман (Aviation Boatswain’s Mate) Джейджерон Родригес, поступил на флот в прошлом году, а на борт «Кеннеди» прибыл в октябре 2025‑го — сразу после окончания обучения в центре технической подготовки авиации на авиабазе ВМС в Пенсаколе, штат Флорида. Его домашним регионом значится Массачусетс. Высокий, угловатый парень с тяжёлым взглядом. В курилке шептались, что он «с приветом» — мог ни с того ни с сего замереть и уставиться в одну точку. Однако лямку тянул исправно, взысканий не имел, и командование закрывало глаза на странности. А зря. В феврале 2026‑го Родригес уже нацеливал заряженный пистолет M9 на сослуживца в каюте. В мае — дважды: в оружейной и на баке. Три рапорта об угрозах оружием так и не поднялись выше стола старпома: списать боцмана за полтора месяца до приёмочных ходовых испытаний, запланированных на август, означало потерять подготовленного специалиста, а заменить его было некем. Халатность обошлась в человеческую жизнь. 6 июня 2026 года. Душная ночь в Чесапикском заливе. Джесси и Родригес стояли на верхней палубе у трапа, контролируя доступ посторонних лиц. В два часа ночи, когда тишину нарушал лишь гул дизель-генераторов, Родригес внезапно выхватил из кобуры табельный пистолет. — Ты меня слышишь? — спросил он шёпотом, но в этом шёпоте было больше холода, чем в океанской воде. Джесси обернулся. Он знал о прежних инцидентах, но тогда всё обходилось, и он, как и другие, надеялся, что обойдётся и теперь. Шагнув навстречу, он протянул руку — не к оружию, а к плечу товарища. — Эй, брось, положи. Всё нормально... Выстрел на верхней палубе — резкий, хлёсткий треск. Пуля калибра 9 мм вошла Джесси в висок. Он рухнул лицом вниз. Санитары прибыли через несколько минут, но помочь уже было нечем. Родригеса скрутили через две минуты. Он не сопротивлялся, не плакал — только смотрел на лужу крови, растекавшуюся по палубе. Подозреваемого закрыли в изоляторе, но уже через пять суток, 11 июня, выпустили — формально «до выяснения обстоятельств». Гильза с его отпечатками лежала среди улик, сослуживцы видели выстрел, однако закон требовал либо доказать опасность задержанного, либо отпустить. Доказать не смогли. Так работает военная юстиция. Лишь 29 июля прокуратура ВМС наконец выдвинула официальные обвинения по Единому кодексу военной юстиции: убийство (совершение действия, заведомо опасного для другого), непредумышленное убийство как альтернативный состав, три эпизода простого нападения с заряженным пистолетом и три эпизода неосторожного создания опасности (reckless endangerment). Предварительное слушание назначено на ближайшие недели — именно там решат, предадут ли его военному трибуналу. Убийце грозит смертная казнь или пожизненное заключение — высшие меры, предусмотренные статьёй 118 UCMJ. На практике военные трибуналы сегодня не приводят смертные приговоры в исполнение, но теоретически такая возможность остаётся. О мотивах стрельбы до сих пор ничего не известно — следствие не установило ни личной неприязни, ни психиатрического диагноза Показать полностью...
Открыть в MAX- Просмотры
- 504
- ER
- 0,8%
- Реакции
- 4