Пост канала
Полынь - 2, глава 32 Бордовая Нива медленно катила по размокшей грунтовой дороге, оставляя за собой глубокие колеи, которые тут же заполнялись талой водой. За рулём сидел Толик, тринадцатилетний парень с сосредоточенным лицом и пальцами, напряжённо вцепившимися в руль. Рядом с ним, на пассажирском сиденье, расположился его отец, широкоплечий мужчина с простоватым, но добрым лицом, который изредка поглядывал на сына с подбадривающей улыбкой. – Давай, Толян, – сказал он, поправляя зеркало заднего вида. – Не бойся. Главное – чувствовать машину. Она тебя слушается, если ты с ней ласков, как с женщиной. – Пап, – пробормотал Толик, косясь на мокрую дорогу, – но скользко ведь. Я боюсь, что нас занесёт. Отец положил руку на приборную панель и чуть повернулся к сыну. – Для этого есть пониженная передача, – сказал он спокойно. – Включаешь и едешь. Машина не буксует, колёса не срываются. Понял? Толик кивнул, переключил передачу, и Нива, уверенно урча, пошла по разбитой дороге. Они колесили около получаса, проезжая мимо голых полей и заброшенных строений, пока, наконец, не свернули к карьерам, где когда-то добывали гравий, и не остановились у самого глубокого из них. Вода в котловане была тёмной и холодной, а вокруг стояла мёртвая тишина. Отец сам заглушил двигатель, выдохнул и повернулся к сыну. – Всё, отдыхаем, – сказал он, доставая из рюкзака свёрток с бутербродами и термос с чаем. – Перекусим и поедем обратно. Толик вышел из машины, разминая затёкшие ноги, и, обойдя Ниву, подошёл к краю обрыва. Вдруг его взгляд упал на следы – свежие, чёткие, уходящие к самому краю. Заинтригованный, он шагнул вперёд, заглянул вниз и замер. Внизу, на дне карьера, лежала искорёженная машина, из которой наполовину вывалилось тело человека. Рука его безжизненно свисала наружу, стекло было разбито вдребезги, а металл смят, как фольга. – Папа! – закричал Толик, отшатываясь. – Папа, иди сюда! Отец подбежал, посмотрел вниз, и его лицо побледнело. Он выругался сквозь зубы, схватил телефон и, трясущимися руками набрав номер, прижал трубку к уху. – Полиция? – сказал он, и голос его задрожал от волнения. – На карьерах, у старого гравийного завода, мы нашли машину... там тело... приезжайте скорее. *** В больничной палате, где стояла кроватка с новорождённой Алёной, Василина нервно расхаживала туда-сюда. Она уже несколько раз звонила отцу, но его телефон был вне зоны доступа. Она сжимала телефон в руке и шипела от злости. – Ну где же ты? – бормотала она, глядя на тёмный экран. – Завтра выписка, а тебя нет! Что я должна делать, одна с ребёнком? От нечего делать она включила телевизор. Вспыхнул экран, и из динамика раздался взволнованный голос диктора. На экране появилась картинка с места происшествия – какие-то ямы, кучи гравия, каменные глыбы, ограждение из жёлтой ленты и полицейские машины с включенными проблесковыми маячками. – …обнаружена машина, сорвавшаяся в пропасть, – рассказывал репортёр. – В салоне найдено тело мужчины. Личность погибшего устанавливается. Оперативная группа работает на месте происшествия. Василина уставилась на экран, где кадры сменяли друг друга с пугающей оперативностью. Оператор работал крупными планами, выхватывая из ночной мглы груды камней, изломанный рельеф карьера и жёлтую полицейскую ленту, которая хлопала на ледяном мартовском ветру, как предостерегающий флаг. Вокруг суетились люди в форме, мелькали красные и синие огни спецмашин, и вся эта картина выглядела как декорации к трагическому фильму. На экране снова появился репортёр в тёмном пуховике. Ветер трепал его волосы, и он придерживал рукой наушник, когда говорил в микрофон, стараясь перекричать вой поднимающегося ветра. Его голос был взволнованным и напряжённым, но он старался сохранять профессиональное спокойствие. – Предварительно установлено, что в салоне находился один человек – мужчина, который, по словам полиции, погиб на месте. Как мы уже говорили, личность его устанавливается, однако, по неподтверждённым данным, только что обнаружены документы на имя Гальперина Вла
Открыть в MAX- Просмотры
- 4 347
- ER
- 5,7%
- Реакции
- 247