Пост канала
ответ, и глаза её блестели от восторга. – Уже неделю! Цветы на капоте машины, записки с комплиментами, шоколад в раздевалке в бассейне! А сегодня – вот это! – И что, совсем никаких зацепок? – спросил Глеб, слышавший диалог подруг. – Абсолютно! – Кристина театрально закатила глаза. – Ни подписи, ни намёка. Только почерк – такой аккуратный, каллиграфический. Компания принялась разглядывать гостей клуба. Вон тот мужчина в сером костюме, задумчиво потягивающий виски? Слишком стар. А тот, у стойки, в расстёгнутой рубашке, с накачанным торсом? Слишком пошло. А может, вон тот брюнет в дальнем углу, который смотрит в их сторону и улыбается сквозь полумрак? – Похоже на бизнесмена, – предположил Артём, прищурившись. – У него настоящие Ролексы. – Да ну, – фыркнула Алина. – Это мог быть кто угодно. Внезапно телефон Кристины завибрировал. Она взглянула на экран, и лицо её стало растерянным. – Это твой отец, – сказала она, протягивая трубку Алине. – Он звонит мне. – Не бери, – мгновенно прошипела Алина, и её лицо исказила гримаса отвращения. – Я не хочу возвращаться домой. Ни за что. – Алин, он же волнуется, – неуверенно начала Кристина, но подруга выхватила у неё телефон и сбросила вызов. – Пусть волнуется, – отрезала она, чувствуя, как внутри закипает прежняя горечь. – Восемь лет не волновался, а тут вдруг надумал. Артём, услышав это, шагнул к ней ближе, положив руку на талию. – Слушай, Алин, – сказал он с нагловатой улыбкой. – Если тебе так хреново, давай ко мне. У меня квартира на Верхней улице, никого нет, можно продолжить вечер… Алина оттолкнула его руку, как надоедливую муху, и смерила таким убийственным взглядом, что Артём попятился. – Отвали, Калайда, – бросила она ледяным тоном. – Я лучше в ночлежку пойду, чем к тебе. Она демонстративно отвернулась и, подойдя к бармену, спросила, перекрикивая музыку, есть ли рядом приличная гостиница. Тот кивнул и назвал отель «Атлантис», что стоял в одном квартале от клуба. – Позвонить можно? – Звоните… Алина, не глядя на друзей, набрала номер ресепшена с барного телефона и, услышав вежливый голос администратора, чётко продиктовала свои паспортные данные. – Я хочу снять номер на три ночи, – сказала она твёрдо. – Одноместный. Да, скоро буду. Положив трубку, она взяла свою сумку и направилась к выходу, оставляя за спиной грохот музыки, удивлённые лица друзей и Кристину, которая всё ещё держала в руках бокал от таинственного поклонника. *** Прошло несколько дней. Несколько бесконечно долгих дней, которые Алина провела в номере гостиницы «Атлантис», раз за разом прокручивая в голове сцену своего побега. Она ждала. Каждое утро просыпалась с глухой надеждой, что вот сейчас раздастся звонок в дверь, и на пороге появится отец – взъерошенный, встревоженный, с красными от бессонницы глазами. Она придумывала, что скажет ему, как эффектно захлопнет дверь перед его носом, как заставит его почувствовать себя виноватым. Она хотела его проучить. Но никто не приходил. Часы на тумбочке сменяли цифры с холодным равнодушием, а мир за окном жил своей жизнью, и в этой жизни отцу, казалось, не было до неё никакого дела. Когда на четвёртый день, под вечер, дверь, наконец, открылась, Алина даже не поднялась с кровати и молча смотрела на отца, стоявшего в дверном проёме в идеально выглаженном костюме, с безупречно завязанным галстуком, без единого намёка на усталость или тревогу. Он был спокоен, как скала, и в его глазах не было ни капли волнения – только привычная стальная невозмутимость. – Ну что, – сказал он ровным, почти скучающим голосом, закрывая за собой дверь. – Наигралась во взрослую девочку? Алина онемела. Она смотрела на его безупречную осанку, на его гладко выбритое лицо, на то, как он небрежно поправил манжету рубашки, и внутри неё всё перевернулось от горечи. Четыре дня. Четыре чёртовых дня она ждала, надеялась, мучилась чувством вины и одновременно ярости, а он стоял перед ней такой же каменный, каким был всегда. – Ты не искал меня? – выдохнула она, и голос её дрогнул. – Папа! Я пропала, меня нет дома, а
Открыть в MAX- Просмотры
- 3 682
- ER
- 6,4%
- Реакции
- 236