Пост канала
Полынь - 2, глава 21 Полина стояла на лестничной площадке, прижавшись спиной к холодной стене. Она не знала, сколько времени прошло с тех пор, как она обнаружила, что её ключ не подходит к замку квартиры. Каждая минута казалась часом. Она ждала Стаса, надеясь, что он вот-вот появится из-за поворота лестницы, они поговорят, и он поймёт, что она ни в чём перед ним не виновата. Тогда он обнимет её, и всё станет на свои места. Но в подъезде было тихо, лишь где-то внизу хлопнула дверь, и эхо разнеслось по бетонным стенам. Вдруг Полина услышала, как с лязгом открывается соседняя дверь. Это был сосед, Иван Григорьевич, старик с вечно взлохмаченными седыми волосами и неутолимой тягой к разговорам. Она знала его привычку останавливать каждого прохожего и засыпать его вопросами о здоровье, погоде и последних новостях. Полина быстро поднялась по ступеням, надеясь, что неугомонный старик не успел заметить её. Она не хотела сталкиваться с ним сейчас, когда была так измучена и расстроена. Прижавшись к стене следующего лестничного пролёта, Полина слышала, как он остановился на пороге, и его голос, раздражённый и ворчливый, прорвал тишину подъезда. – Да что ж ты за баба такая, Мария! А?! – кричал он куда-то вглубь квартиры. – Вот говорила же мне мать, чтоб я не женился на тебе, а я не послушал! Потому всю жизнь и мучаюсь! Жена что-то ответила ему, Полина не разобрала. Зато хорошо услышала слова самого Ивана: – А я тебе русским языком говорю: Бонька - твоя собака! Почему я должен гулять с ней, спрашивается? У меня ноги болят, мне на улицу выходить – мука мученическая. А ты её на меня взвалила! Из глубины квартиры снова донёсся приглушённый женский голос, который что-то сердито отвечал, но слов было не разобрать. – Ай, да что с тобой говорить! Тебе же что в лоб, что по лбу, – всё едино… – пробурчал Иван Григорьевич, захлопнул дверь и тут послышался тонкий заливистый лай. Полина вздрогнула, подумав, что Бонька учуяла её, но с лестницы донёсся другой звук – тяжёлые, торопливые шаги. Она узнала их. Это был Стас. Полина прижала руки к груди, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Наконец-то! – О, Станислав! – загремел Иван Григорьевич, узнав шаги. – Здорово! Ты, я видел, замок сменил. Это правильно, безопасность – прежде всего. Я вот тоже думаю, не пора ли нам… – Здравствуйте, Иван Григорьевич, – коротко бросил Стас, и Полина услышала, как он вставляет ключ в замок. – Да, пришлось. Извините, очень тороплюсь. – Ну да, ну да… Полина услышала удаляющиеся шаги старика, покрикивающего на вертлявую собачонку жены, и хотела уже окликнуть Стаса, но в это время откуда-то снизу раздался другой, женский голос. Голос был знакомым и чужим одновременно, и Полина не решилась выйти из своего укрытия. – Стас! – окликнула его женщина. – Подожди! Стас обернулся и увидел, как к нему по ступеням поднимается Татьяна Гальперина, и поморщился, словно от приступа острой зубной боли. – Что тебе опять нужно? – спросил Стас голосом резким и колючим. Он явно не был рад этой встрече. Татьяна медленно поднялась на несколько ступеней, остановилась перед Стасом и посмотрела ему прямо в глаза. – Ничего, – ответила она, и в голосе её послышалась ледяная насмешка. – Я просто сегодня была с проверкой в детском приюте. И там встретила твоего Митьку. Брови Стаса взметнулись вверх, и Полина, стоящая на площадке выше, почувствовала, как её сердце сжалось от боли при упоминании мальчика. – Митька в приюте? – переспросил Стас, и голос его прозвучал глухо, почти беззвучно. – Что ты несёшь? Этого не может быть. Вера уехала вместе со всей семьёй. Она не могла его бросить. Татьяна усмехнулась и достала из кармана телефон. Она нажала на кнопку и протянула его Стасу. На экране было несколько фотографий. Стас стиснул зубы, разглядывая то, что там было изображено: маленький мальчик с заплаканными глазами и расстроенным лицом. – Посмотри, Стас, – сказала Татьяна, перелистывая фотографии. – Смотри, какое у него лицо. Он в приюте уже больше двух недель. Его изъяли из семьи, потому что Ве
Открыть в MAX- Просмотры
- 3 952
- ER
- 6,5%
- Реакции
- 256