Пост канала
орождённой её фамилию – Пантелеева, сказала торопливо: – Волкова она пусть будет! Волкова Майя Владимировна… *** – Волкова Майя Владимировна! Хрупкая большеглазая девушка поднялась с места и начала пробираться через ряд к проходу, который вёл на сцену. Она тряслась от волнения, когда Слепцов Вячеслав Николаевич, директор детского дома, где она воспитывалась вот уже шестнадцать лет, протянул ей три гвоздики и паспорт. И слова его долетали до неё как будто откуда-то издалека: – Поздравляю… С этого дня… полноценным членом общества… ответственность за поступки… за вами будущее страны… – Ой, – выдохнула Майя, возвращаясь на место с заветной корочкой в руках. – Я там чуть не умерла… Так страшно было… – Вот дурёха! – рассмеялась никогда не унывавшая Лидка, подруга Майи. – Ничего тут страшного нет. Мне, когда в прошлом году вручали паспорт, я так радовалась, что споткнулась и со ступенек свалилась. Помнишь? – Помню! – прыснула ладошку Майя. – Волкова, Смирнова… – прошипела «Клаша», Клавдия Ильинична Коростылёва, воспитатель, которого боялись все воспитанники детского дома. – Я вам сейчас пошепчусь… Девушки замолчали, но, когда Клаша отвернулась, Лида показала ей язык и тихонько хихикнула, тотчас получив лёгкий толчок в бок от Майи, состроившей строгий взгляд. Обе девушки с трудом дождались, когда же закончится церемония вручения паспортов, затянувшаяся из-за нравоучительных речей директора, и, получив долгожданную свободу, вышли во двор и уселись на свою любимую скамеечку под раскидистой липой. – Ну и какие у тебя теперь планы на жизнь? – поинтересовалась у подруги Лида. Майя в ответ пожала плечами: – Мне пока ещё рано об этом думать, а вот тебе в самый раз. Ты же следующим летом уже выпускаешься. – Ну да, – согласилась Лида. – Я знаешь, что решила? Во-первых, выучусь на повара. С такой профессией, как ни крути, голодным никогда не останешься. Да и домой можно что-нибудь прихватить. Немного, конечно, но всё же. – Ой, Лидка! – вспыхнула Майя. – Ну а что? – рассмеялась Лидия. – Все повара толстые, значит сытые. Посмотри хоть на нашу Раиску: щеки всегда розовые, лоснятся даже. – Так это от жара, – покачала головой Майя. – Она же с утра до ночи у печки стоит. Залоснишься тут. Жалко её даже. – Ничего не знаю, – махнула рукой Лида. – Когда она вечером сумки тяжеленные домой тащит, мне её совсем не жалко. – Злая ты! – с грустью произнесла Майя. – Я не злая, я завистливая, – рассмеялась Лида. – Ну а что? Я завидую, значит, тоже хочу, чтобы у меня так было. Вот выучусь на повара, приду сюда работать и ещё не так тащить всё буду! Майя рассмеялась: – Ой, Лидка! Ну что ты за человек, а?! Языком только мелешь, а сама вообще не такая. – Такая, такая! – хохоча, ущипнула подругу Лида. – Ну, а ты о чем думаешь? Рассказывай! Какие планы на жизнь? О чём мечтаешь? Майя с тоской осмотрела унылое серое здание детского дома, похожего больше на тюрьму, и вздохнула: – Я ещё не знаю, кем я буду, но сделаю всё для того, чтобы мои дети никогда не переступали этот порог. Слышишь, Лида, я обещаю это тебе…
Открыть в MAX- Просмотры
- 3 655
- ER
- 7,2%
- Реакции
- 262