Пост канала
ты сядь, успокойся и сама посуди рационально. У Кристины зарплата в два с лишним раза выше, чем у меня. И функции у неё на фирме поважнее, она — ключевое звено. Мы посидели вечером, посчитали на калькуляторе и решили, что она остаётся работать, карьеру строить, а я вот… с Кирюшей. — Кто это, интересно, решил? — я прищурилась. — «Мы» — это Кристинка и её мамаша с папашей? — Ну… и я тоже, — Егор отвёл глаза. — Кристина предложила, тёща поддержала, тесть одобрил. Сказали, так для семейного бюджета выгоднее. — А меня чего не позвали на ваш совет директоров? — я почувствовала, как к горлу подкатывает обида. — Я бы вам быстро калькуляторы-то подправила! — Так ты же не работаешь у нас в компании, мам. При чём тут ты? — Зато я – семья! Я бы предложила себя в качестве няньки. Бесплатной, разумеется! Приезжала бы каждое утро, сидела с внуком, а ты бы делом занимался, как нормальный мужчина. — Ну ты же сама ещё работаешь, тебе до пенсии как до Луны. — Да я бы лучше ушла с работы, уволилась бы к чертовой матери, чем такой позор терпеть! — я сорвалась на крик. — Посмотрите на них — превратили моего сына в домохозяйку на побегушках! Тряпки, кашки, подгузники… Егор, ты себя со стороны видишь? — Мам, не начинай! Прошу тебя. — Вот тебе и брак по расчёту! — я не могла остановиться. — Свою гордость, мужское достоинство на их денежки променял! Квартирка дорогая, машинка… А цена-то какая? Фартук и вопли жены? — Мама, хватит! — Егор стукнул ладонью по столу, но вышло не грозно, а как-то отчаянно. — Меня всё устраивает. Это современный подход. — Да какой он современный? Няню почему не наняли, если вы такие богатые? Денег же у тестя — куры не клюют! — Не доверяют они няне. — А тебе, значит, доверяют? — я язвительно усмехнулась. — Да-да, слышала я только что, как они тебе «доверяют». Отчитала тебя жёнушка за подгузник, как мальчишку сопливого. Ткнула носом, как котенка. Она у вас, получается, муж в семье, а ты — за мамочку? Я, знаешь, уже совсем запуталась, кто у вас в штанах, а кто в юбке! Егор резко встал. Лицо его пошло красными пятнами. — Мам, иди лучше домой. — Что ты сказал? — я опешила. — Иди отсюда, говорю! — он указал дрожащей рукой на дверь. — Я сыт по горло твоими издёвками. Мне и так тошно, голова раскалывается, малой всю ночь не спал, а тут ещё ты со своими истериками! — Сынок. Опомнись. Не для того я тебя рожала, на двух работах в девяностые пахала, чтобы ты перед чужим семейством вот так унижался. Чтобы ты им полы намывал, пока они миллионы делят. — Это моя жизнь. Не лезь в неё. Уходи. И не приходи больше, пока не научишься уважать мой дом и мою новую семью. Я смотрела на сына и понимала: он не шутит. В его глазах была такая обида и усталость, что спорить стало бесполезно. Он действительно выгонял меня. Родную мать. И мне не оставалось ничего более, чем уйти. Шла по улице, а перед глазами стоял Егорка в этом дурацком фартуке. Я не перестала общаться с сыном совсем — сердце-то не каменное. Шлю ему открытки в мессенджерах на все праздники, поздравляю. Он отвечает короткими «спасибо» и сердечками. Фотки иногда Кирюшкины скидывает — внук растет богатырем, щекастый такой. Я рада, что у них вроде как всё хорошо, что не голодают. Но вот только в гости я к ним больше не хожу. Не могу. Не выдержит моё материнское сердце видеть, как он по квартире с бутылочкой бегает, а Кристинка, придя с работы, требует отчет за съеденную кашу. Не для того я мальчика рожала. Ох, не для того! Но, видать, в нынешнее время «рациональность» дороже материнских слёз.
Открыть в MAX- Просмотры
- 4 137
- ER
- 8,0%
- Реакции
- 332