Пост канала
Автодрайвзаливали в баки "Студеров" все, что горит, и это приводило к детонации, прогоранию клапанов и быстрому выходу двигателей из строя. Дошло до того, что пришлось создавать специальные курсы, где шоферов учили обращаться с американской техникой. Только после этого ситуация начала выправляться. Зато когда советские водители разобрались с особенностями машины, они поняли, насколько она хороша. Во-первых, грузовик был невероятно выносливым. Паспортная грузоподъемность в 2,5 тонны на практике оказалась сильно заниженной. Уже в 1943 году официально разрешили грузить 4 тонны, но водители сплошь и рядом возили и по пять, и по шесть тонн. Рессоры прогибались до упора, шины сплющивались, но машина шла. Бывали случаи, когда после долгого подъема в гору с перегрузом водители останавливались и поливали водой ступицы, потому что от трения они нагревались так, что закипала смазка. И при всем этом "Студер" не ломался. Его рама, мосты и трансмиссия выдерживали такие издевательства, которые не снились и трактору. Это вызывало у фронтовых шоферов искреннее уважение, смешанное с удивлением. Двигатель Hercules JXD объемом 5,2 литра выдавал около 95 лошадиных сил и отличался ровной, тяговитой работой. Расход топлива в 38 литров на 100 километров по нынешним меркам кажется огромным, но для военного грузовика с полным приводом и массой под 6 тонн это было вполне приемлемо. А если посчитать экономику, то выяснялось, что "Студер" даже выгоднее, чем ГАЗ-АА. Полуторка потребляла 19 литров, но везла всего полторы тонны, а US6 при расходе 38 литров тащил 4-5 тонн. Получалось, что на тонну груза топлива уходило почти в полтора раза меньше. Для снабженцев, которые считали каждую цистерну горючего, этот аргумент был решающим. Поэтому в 1943-1945 годах именно "Студеры" стали основным транспортом на самых ответственных маршрутах — от армейских складов до передовых позиций. Еще одной неожиданной особенностью американского грузовика оказалась его скорость. В отличие от тихоходных ЗиС-5, которые едва разгонялись до 45-50 километров в час, "Студер" по хорошей дороге легко шел под 70. Для снабжения наступающих войск это имело колоссальное значение. Колонны могли быстро перебрасывать боеприпасы, горючее и пополнение на десятки километров вглубь прорванной обороны. Шоферы вспоминали, что на "Студере" можно было чувствовать себя почти как на легковушке, особенно после привычных "полуторок", которые тряслись и выли на каждой кочке. Конечно, за комфорт приходилось платить сложностью обслуживания, но к середине войны с этим уже научились справляться. В частях появились специальные ремонтные летучки, укомплектованные американскими ключами и съемниками, а механики накопили достаточный опыт, чтобы чинить Hercules не хуже, чем родной ЗиС. Легенда на фронтовых дорогах К 1944 году Studebaker US6 стал неотъемлемой частью наступающей Красной Армии. Эти грузовики можно было встретить везде: они тянули артиллерийские орудия, подвозили пехоту, развозили продукты и медикаменты, служили передвижными радиостанциями и штабными машинами. Но особую известность "Студер" получил как шасси для реактивных систем залпового огня БМ-13, тех самых легендарных "Катюш". Почему именно этот грузовик выбрали для монтажа пусковых установок? Все просто: его шасси выдерживало вес направляющих и реактивных снарядов, а главное — отдачу при залпе. Многие другие грузовики после пары пусков начинали разваливаться от вибрации, а US6 держался. Кроме того, полный привод позволял "Катюшам" быстро менять позицию после залпа, что было жизненно важно, ведь немцы охотились за этими машинами особенно ожесточенно. Водители, которым довелось работать на "Студере" всю войну, отзывались о нем с неизменным уважением. Они вспоминали, как машина вытаскивала себя и других из глубокой грязи, как безропотно тащила по разбитым фронтовым дорогам перегруженные прицепы, как заводилась в лютый мороз после ночи под открытым небом. Конечно, были и нарекания. Руль действительно оставался тугим, особенно на малых скоростях и при ман
Открыть в MAX- Просмотры
- 19
- ER
- —
- Реакции
- —