Пост канала
вдруг спросил Рома, останавливаясь и глядя на бегущую воду. - Сначала страшно было, - призналась Ира, обхватывая себя за плечи. - А потом... потом я поняла, что мне это нужно было. Чтобы перестать бояться. Рома шагнул к ней, снял со своих плеч легкую куртку и накинул ей на спину. От куртки пахло табаком и мужским теплом. - Возвращайся домой, Ира, - голос у него стал серьезным, глубоким. - Нечего тебе там делать. Я ведь не просто так к тетке приехал. Я тебя на фотографии в альбоме у нее увидел. Спросил: «Кто такая?». Тетка говорит: «Соседка наша, золотая девка, да только уехала искать долю свою». Вот я и подумал... зачем искать, когда я сам приехать могу? Ира стояла ни жива ни мертва. Смотрела в его чайные глаза и понимала: вот он, ее берег. Вот оно, ее счастье. Не выдуманное, не вымученное чужими упреками, а настоящее, пахнущее смолой и рекой. Она вернулась в Заречье через неделю. Совсем. Забрала документы с фабрики, обняла на прощание девчат в общежитии и приехала домой на том же старом ПАЗике. Осенью сыграли свадьбу. Тихую, душевную. Накрыли длинные столы прямо во дворе, натянули брезент на случай дождя. Соседи несли кто соленья, кто холодец, кто наливочку домашнюю. Ира сидела во главе стола в простом светлом платье, положив голову на крепкое плечо Ромы, и светилась изнутри так, что ни одна гирлянда не сравнится. А ближе к ноябрю, когда первые заморозки посеребрили траву, Ира вспомнила про Серафиму. - Надо бы съездить, поблагодарить, - сказала она мужу. - Меда ей отвезем, да варежки я связала теплые. Запрягли они лошадку у соседа и поехали на дальний хутор. Подъезжают к знакомому крылечку, а на двери - замок висит. Тропинка сухими листьями засыпана, из трубы дым не идет. Вышел из соседнего двора дед Николай, опираясь на клюку. - Кого ищете, молодые? - прошамкал он. - Да нам бы бабу Серафиму, - растерялась Ира, прижимая к груди банку с медом. - А нету Серафимы, - вздохнул дед. - Забрала ее племянница в город, насовсем. Стара стала, зиму здесь не сдюжила бы одна. А избу эту велела продать. Жалко, дом-то крепкий, из зимнего леса рублен. Печь там - во! Греет как солнце. Да кому он тут нужен... Ира повернулась к Роме. Они посмотрели друг другу в глаза. И столько в этом взгляде было понято без слов, что у меня до сих пор мурашки по коже бегут, когда я это вспоминаю. - Дедушка, - голос у Ромы дрогнул, но тут же окреп. - А где нам эту племянницу сыскать? Мы дом этот берем. Купили они избу Серафимы. Нина, конечно, поохала для приличия, но помогла молодым деньгами из своих швейных накоплений. Рома там своими руками всё обновил, крыльцо новое поставил, наличники резные выпилил. Сейчас живут душа в душу. Ира снова на ферму вернулась, Рома на лесопилке бригадиром стал. А недавно, милые мои, Нина ко мне прибегала. Давление в норме, глаза блестят. Шепнула на ухо, что пинетки вязать начала. Смотрю я на них всех и думаю: как же чудно жизнь устроена. Вы, поди, скажете: «Да останься Ира дома, всё равно бы этого Ромку во дворе встретила, никуда б он с крыши не делся!». Встретить-то встретила бы, милые мои. Да только не заметили бы они друг друга скорее всего. Останься она - так и ходила бы мимо того сарая с опущенной головой, забитая мамкиными упреками, с глазами, полными слез. Разве ж парень полюбил бы такую тоску? А тут она вернулась вольной, скинула с себя этот липкий страх, задышала полной грудью. Потому и смех у нее зазвенел так чисто, что Ромка сразу сердце потерял. Иногда, чтобы увидеть свое счастье, нужно просто перестать судорожно его искать. А вы как считаете, дорогие мои? Записки сельского фельдшера НАШИ КАНАЛЫ: Идеи для дачи Моя любимая дача Дачные заготовки Открытки на праздники Открытки для любимых Красивые
Открыть в MAX- Просмотры
- 1 083
- ER
- 2,3%
- Реакции
- 25