Пост канала
Сиверский.нет- фото
#ДомМузейИсаакаШварца 2 августа 1975 года мир впервые увидел фильм-легенду — «ДЕРСУ УЗАЛА». История началась с дерзкого замысла: великий АКИРА КУРОСАВА переступил порог советского «Мосфильма», чтобы перенести на экран роман Владимира Арсеньева о путешествиях по Уссурийской тайге. Это была история не просто об экспедициях и суровой природе Дальнего Востока. ДЕРСУ УЗАЛА (настоящее имя — Дэрчу Оджал) — коренной житель Уссурийского края, охотник и проводник, участник экспедиций исследователя Владимира Клавдиевича Арсеньева в 1906–1907 годах. Он принадлежал к народу, который в то время называли «гольдами» (сейчас чаще относят к нанайцам или удэгейцам). Дерсу прославился своим исключительным знанием тайги, умением читать следы, предсказывать погоду и выживать в суровых условиях. Погиб в 1908 году в результате разбойного нападения недалеко от станции Корфовская. Это был рассказ о мудром нанайском охотнике, чья душа жила в абсолютной гармонии с миром. Он стал для писателя проводником, верным другом и нравственным камертоном. Дерсу — главный герой книг В. К. Арсеньева: «По Уссурийскому краю» (1921);«Дерсу Узала» (1923). Мечта снять эту картину жила в сердце японского режиссера еще с 1950-х годов. В поисках натуры он готовился лететь на Хоккайдо, но Провидение привело съемочную группу туда, где ступала нога Арсеньева — в самое сердце уссурийской глуши. Путь фильма к зрителю оказался тернистее таежных троп. Советское руководство всеми силами пыталось удержать иностранцев у границ Москвы, предлагая снимать «тайгу» в подмосковных лесах. Лишь после долгих баталий группе дали зеленый свет. Реальность съемок напоминала военную операцию: гостиница при воинской части, еда из солдатской столовой и молчаливая тень сотрудника КГБ за спиной режиссера. Для свободолюбивого японца это было невыносимым испытанием, но ради правды кадра он стерпел всё. Настоящим чудом обернулся поиск актера на главную роль. Среди десятков проверенных артистов Куросава вдруг увидел 65-летнего Максима Мунзука. Тувинский актер пришел на пробы прямо с охоты, пропахший костром и хвоей. Группа сомневалась, а режиссер посадил гостя в свое кресло и долго всматривался в его лицо, понимая: перед ним сидит сам дух тайги. Перфекционизм Куросавы вошел в легенду. Съемки длились два года — японский мастер ждал нужного оттенка снега и точного падения тени от листа. К каждому кадру он делал живописный эскиз, собственноручно подправлял грим Юрию Соломину, развешивал искусственные листья на ветвях и лично набивал рюкзак героя тяжестями, описанными в книге, пока тот не становился неподъемным. Но главным ключом к душе этой картины стала музыка ИСААКА ШВАРЦА. Выбор композитора определил случай: увидев экранизацию пушкинского «Станционного смотрителя», Куросава понял, что нашел своего автора. «Мы попросили её автора, Исаака Шварца, стать композитором нашей картины. По-моему, мы не промахнулись в своём выборе», — говорил режиссер. Для самого Исаака Иосифовича эта работа стала тихим счастьем: «Как ни странно, Куросава оказался для меня самым "лёгким" режиссёром. Залогом нашего творческого согласия стало наше душевное родство... После завершения работы над «Дерсу Узала» он никогда не упускал возможности отметить мою музыку. Не думаю, что это была просто дань вежливости…» Спустя год после премьеры «Дерсу Узала» получил премию «Оскар» в Голливуде как лучший иностранный фильм и Главный приз Московского международного кинофестиваля 1975 года. Эта картина давно вышла за рамки простого кинематографа. Она стала притчей о братстве душ, разделенных океанами, о том, как русский интеллигент и нанайский охотник научились понимать друг друга без слов. А история дружбы японского режиссера и русского композитора доказала: настоящее искусс Обсудим в чате в MAX Сайт Сиверский.нет Источник: Открыть
Открыть в MAX- Просмотры
- 144
- ER
- 0,7%
- Реакции
- 1