Минутка этнографии

Зайчу́шка – гриб-лисичка (Твер., Моск., Рязан.). Словарь русских народных говоров. Т. 10. Л. 1974. С. 110. Минутка этнографии

Маленькая книжечка «Народная медицина и народные средства», вышедшая в 1868 году, кажется, задумывалась отчасти как юмористическая. Прекрасное чувство стиля и тонкая ирония помогли автору, доктору Кребелю, из свода сведений слепить захватывающий текст. Хотя, казалось бы, материал сухой и специфический. Кребель бегло перечислял, какими средствами лечатся народы, живущие на бескрайних просторах Российской империи. Делал это так, что сложно оторваться. Особенно после того, как прочтешь про психотерапию калмыков. «Калмыки страдают часто ипохондрией, которую лечат следующим образом. Больного…

Сухоносик – курящий подросток, не имеющий своего табака. Словарь народного говора Камышловского уезда // Из фольклорного наследия И. Я. Стяжкина. Т. 1. Уральские сказки. Екатеринбург. 2002. С. 335. Минутка этнографии

В Вятской губернии к смерти относились не просто стоически, а воистину цинически, по великой русской пословице «Помер Максим, да и ?*% с ним». Особенно отличались вотяки: нынешние удмурты. Как-то зимой старый вотяк ушел в лес за зайцами. Ушел и не вернулся. Ждали день, другой, третий – нет старика. Сообщили в управу, поискали, не нашли. Заявили становому. В волости собрали триста человек, стали прочесывать лес. Наконец, увидели тело. Старик сидел под елкой, привалившись спиной к стволу, в одной руке держал берестяную табакерку, в другой крышку от нее, а сам труп выглядел так, словно вот-вот…

Плю́ха – падшая женщина. Словарь народного говора Камышловского уезда // Из фольклорного наследия И. Я. Стяжкина. Т. 1. Уральские сказки. Екатеринбург. 2002. С. 319. Минутка этнографии

Можно ли говорить «кушай»? Отвечает Ярославская губерния. Нет! «Кушают-то только свиньи». Русские крестьяне. Жизнь. Быт. Нравы. Т. 2. Ч. 1. СПб. 2006. С. 277. Минутка этнографии

Солдат в сказке почти всегда возвращается домой после демобилизации. Идет пешком. По пути часто попадает к не очень умной бабе. Одной начинает, по ее просьбе, показывать, что такое война: мол, на словах не объяснить. Берет деньги, расставляет во дворе глиняные кувшины, с криком их атакует и бьет на куски. Баба в ужасе прячется, солдат доволен и уходит. Или баба уверяет солдата, что угощать его нечем, а у самой жареный петух в печи томится. Ради шутки она загадывает про этого петуха загадку: в Пенском-Черепенском, под Сковородным здравствует ли еще Курухан Куруханович? Солдат просит подумать.…

Как показать девушке, что она тебе нравится? Отвечает Полесье. Устрой дестрой! «Деструктивное поведение во дворе понравившейся девушки было для парня способом показать ей свои чувства: с петель снимались ворота и калитки, со двора утаскивались оставленные без присмотра вещи (сани, бочки, корзины) и сваливались в кучи посреди деревенской дороги, создавая баррикады, опрокидывались телеги, рассыпались поленницы, а печные трубы затыкались тряпками». Левкиевская Е. Восточно-славянские обряды. Годовой круг крестьянской жизни. М. 2026. С. 253. Минутка этнографии

Мой любимый лечебный заговор – от зубной боли, потому что там упоминаются Кафар с Катапиком. Кто это, толком неизвестно, но сложно не полюбить их всем сердцем за звучание имен. Это любовь с первого звука. Заговор с их именами абсолютно типичный. Говорящий рассказывает, как идет «из избы дверьми» на остров, где сидит на золотом стуле «трехдневный Лазарь». Лазаря просит спросить у мертвых, болят ли у них зубы? Мертвецы отвечают, что с зубами у них все в порядке. «Так бы у раба Божия не болели бы зубы и десны». Банальный мотив. Но прекрасно начало, где страдающий просит помощи Кафара и Катапи…

По́рно – сильно, крепко, упорно, проворно. Словарь народного говора Камышловского уезда // Из фольклорного наследия И. Я. Стяжкина. Т. 1. Уральские сказки. Екатеринбург. 2002. С. 322. Минутка этнографии