Стихи. Александр Кужнуров

Просчёт На перекрёстке трех дорог Построил парень мастерскую, Чтоб каждый проходящий мог Увидеть вывеску резную. Он думал здесь полезным быть, Руками славу раздобыть. И создавая красоту, Вплетал в творения мечту. Своей работою горел, Железо в чудо превращая, Усталости не замечая В своём он деле матерел. Один просчёт у парня был Народ дороги те забыл.

Ты нужна мне любой Ты нужна мне любой и в кудряшках, и без макияжа, Сонной, в мятой ночнушке, усердно готовящей борщ. С пяткой сына у губ и на что-то злящейся даже, И когда ты меня дома с ужином вечером ждёшь. Ты нужна мне любой - с гордо поднятою головою, Сильной, властной и... слабой, дрожащей в объятьях моих. Ты нужна мне любой - нежной, колкой, больной, и здоровой, И с бедою и радостью, разделённых на нас на двоих. Ты нужна мне любой - и с тонометром на нашей кухне, И приникшей ко мне на диване вечерней порой. И с глазами от слез, что внезапно зачем то припухли, Потому что люблю, потому…

Последний тёплый день, Синоптики сказали. Последний тёплый день, Пожалуй до весны. Шуршит осенний лист, И знает он едва ли, Что, птичий пересвист - Звук порванной струны.

Пост без текста

Над зимней речкою Скрипит осина, рвёт вуаль, Елозя веткою. Позёмкой стелется февраль, Над зимней речкою. Барханы снежные глядят — Верхами светлыми, На солнце радостно блестят, Как самоцветами. И дятла ровный перестук Над лесом стелется. Зима, не надо больше вьюг, Прощай, метелица. Деревья сеют семена В снега под берегом. Когда же ты придешь, весна, К приволжским ерикам?

Родительский причал Судьба, увы, ворует наши годы, И жизнь проходит, утекая, как вода, Как будто ниже стали небосводы, И поясница ноет иногда. Сыны и дочери, ушли, как теплоходы, Покинув тихий и родной причал. В пути их встретят разные невзгоды, И молодость их главный капитал. А гавань с запахом блинов и пышек, С родительской тоской, щемящей грудь, Будет с надеждой ждать своих детишек, Мечтая встретить их когда-нибудь. И вот раз в год наступит день чудесный, И превратится дом в задорный детский гам. Застолье, тосты, шутки, крики, песни, Штиль сменится на шумный та-ра-рам! Неделя, месяц бы…

Сорочка наизнанку Очнулась осень спозаранку Рукой поправила лицо, Поморщилась, сорочку наизнанку Вчера одела. Красное винцо, Мешала с пивом, с самогоном, Разбавила потом бурбоном. Сбивала листья на прогулке И целовалась в переулке. Из туч, гонимых гибкой плёткой, Пролила воду свысока. Да, покуражилась слегка, Кутёж закончив горькой водкой. Похмелье. Утро. Гул в ушах. В постели спит седой монах.

Встреча с Богом Однажды ночью мне приснился сон. Я встретил старца на своей дороге. На голове его надет был капюшон, В пыли были его босые ноги. На горизонте, за его спиной, Восход алел прозрачным ореолом. Он подошёл и встал передо мной, Подняв с дороги пыль своим подолом. Одним движеньем скинул капюшон, И взгляд его пронзил меня до дрожи. «Что он мне скажет?» — думал я. А он Вдруг улыбнулся и запел — как может Лишь совесть петь, моя, мне, про меня, Словами нежно задевая раны, И обнажая всё, что знать мог только я, Всю жизнь мою — как на большом экране. Он тихо пел про родину мою, Про реч…

Сон Незабываемый запах вокзала. Голуби и воробьи, Что-то клюют на полу среди зала, Словно бы в забытьи. Будто бы это было недавно Или было давно. Средь чемоданов вижу неявно, Девочка смотрит в окно. Чёрные туфельки, белое платье, Шуберт и полумрак. Мама, качаясь, будто заклятье Шепчет на медный пятак. Люди сидят, уставившись в точку, Каждый отдельно в свою, Личное время пьют по глоточку, Вцепившись руками в скамью. Понять я хочу, что за девчонка, Что за медный пятак? Память трещит, как старая пленка... Нет, не вспомню никак. Будильник, как молот. И нету вокзала, Девчонка исчезла в туман.…

Последний летний вечер Всполохи оранжевого лета В облако вписал закат-художник, Зной прошёл, и на задворках где-то, К нам уже спешит осенний дождик. Веером размазал краски ветер, Сумеречный свет на небо кинув. Вот и всё — последний летний вечер, Тихо, подмигнув звездою, сгинул.