Рефрен пустоты

Дождались 👌

https://music.yandex.ru/album/44143567/track/156237154?utm_medium=copy_link&ref_id=38cbfad2-c876-4173-8f96-c1c1882695a8

Пост без текста

Бонус-трек послушаем со следующего альбома пока релиза ждём

Romir: https://band.link/TvkPt Romir: Золотые мои, хочу что бы вы в числе первых услышали мои треки где я автор текстов. 7 октября выйдет мой мини альбом, на стриминговых музыкальных платформах, ☝️ вверху ссылка на пресейв, подпишитесь. Не пропустите👌

Нгуен и Лия покинули Россию. Через год. Не могли больше. Слишком много воспоминаний, слишком много боли, слишком много Леры. В каждом углу, в каждом взгляде, в каждом вздохе. Они путешествовали. Вьетнам, Таиланд, Лаос, Камбоджа. Лия росла. Смеялась, играла. Спрашивала про маму. Нгуен рассказывал. Каждый вечер. Одну историю, одну главу, одну жизнь. И оказавшись в Камбодже, они попали в деревню. Ту самую. Где жил старик. В доме на сваях. Тот самый дом. Куда они давно хотели съездить. Но всё не получалось. Нгуен увидел его на том же месте. Что и несколько лет назад. Старик сидел. Смотрел на в…

Лера забеременела. Родила дочку. Назвала Лия. Ей два года. Смышлёная. Глаза — мамины. Характер — тоже. Упрямая, смелая. Нгуен вошёл в совет директоров русско-вьетнамской ассоциации туризма. Работал много. Но каждый вечер возвращался домой. К жене. К дочке. Артём закончил учёбу. Стал журналистом. Часто ездил в командировки. По всей стране. И за её пределы. Ближний Восток, Европа, Азия. Искал истории. Настоящие. Такие, которые цепляют. Всё шло своим чередом. Бизнес работал. Сын стал на ноги. Жил своей взрослой жизнью. Звонил, приезжал. Обнимал мать. Играл с сестрой. Учил её плохим словам. Лер…

— Здравствуйте. Вы хотите учиться? Лера не хотела. Но не знала, как отказаться. Осталась. --- Глава 8. Курсы Курсы были бесплатными. Для тех, кто хотел работать с русскими туристами. Язык, культура, история. Лера училась. Быстро. Всегда училась быстро. Не знала, зачем. Просто училась. Через три месяца говорила по-вьетнамски. Плохо. Но говорила. Через шесть — понимала почти всё. Через год — свободно. Работала на стройке. Потом на курсах. Потом снова на стройке. А потом поняла: нравится учить. Любила смотреть, как люди начинают понимать. Как у них открываются глаза. И тогда родилась идея…

— Я тоже нормально. Работаю. Скоро приеду. — Я знаю. И это «я знаю» было лучше любых клятв. Через месяц Аня предложила встретиться. У неё был перерыв между вахтами. У Леры тоже. Графики совпали. Странно. Или не странно. Встретились во Владивостоке. Аня прилетела с Сахалина. Лера приехала с вахты. Обе уставшие. Обе счастливые. Бар. Вечер. Пили, смеялись. Вспоминали поезд. Потом поехали в гостиницу. Утро. Солнце. Комната. Лера проснулась первой. Открыла глаза. Посмотрела на Аню. Потом на себя. Поняла, что на них нет нижнего белья. Молчание повисло в воздухе. Аня открыла глаза. Посмотрела…

Лера смотрела на него. Не могла поверить. — Ты... ты понимаешь? — Понимаю. Я не хочу, чтобы ты терпела. Я хочу, чтобы ты была счастливой. Как раньше. Помнишь? Когда папа ещё был с нами. Ты смеялась, пела на кухне, танцевала со мной. А потом... потом он ушёл. И всё стало серым. И ты стала серой. Он замолчал. Опустил глаза. Потом добавил тихо: — Я не хочу, чтобы ты была серой. Я хочу, чтобы ты снова стала мамой. Настоящей. Которая смеётся. Которая поёт. Лера не выдержала. Обняла его. Крепко. Так крепко, что косточки захрустели. Прижала к себе. Заплакала снова. Но теперь — другие слёзы. Не б…