Будни фельдшера СМП

Вышел мой трек 🥳

https://music.yandex.ru/album/44427881/track/157016655?ref_id=BF6A6A8B-DD33-401C-843C-F975FF21C65B&utm_medium=copy_link

Начало положено 🗿

Клинический случай: когда кровь кричит громче разума Вызов поступил в 02:00 — мужчина, дезориентирован, обнажён, весь в крови, агрессивно-возбуждён, ломится в чужие квартиры. Классика жанра для «психиатрического» триггера. По прибытии — картина ещё более драматичная: кровавые дорожки на полу и стенах подъезда, как в плохом хорроре, а «виновника» и след простыл. Пока психбригада собиралась, мы начали отрабатывать версию — дом он не покинул, следы крови на выходе отсутствуют. Лифт, этажи выше, визуальный скрининг на кровавые метки. И вот — обильные следы крови, ведущие в распахнутую квартиру.…

Повод к вызову помню отчётливо: мужчина, около 56 лет, предположительно мёртв. Вызывают соседи — боятся подойти, не уверены, жив он или нет. Я тогда работал в бригаде БИТ. Летим на адрес. Общежитие. Берём с собой укладку, реанимационный набор, дефибриллятор. Заходим в здание — и нас накрывает. Запах настолько плотный, тяжёлый, сладковато-тошнотворный, что дурно становится всем сразу, ещё на подходе к секции. Со слов соседей: где-то 8 марта он последний раз вышел из комнаты. Запойный — мог пить по два месяца, но всё равно выползал за добавкой. А тут вышел один раз, вернулся — и месяц не выход…

Ночная смена. БИТ. Вызов: «Падение с высоты 5-го этажа». Два часа ночи. Диспетчер хрипит в рацию: «Пятый этаж, падение с высоты». Для бригады БИТ это не просто вызов — это сигнал к немедленной мобилизации. Падение с высоты — это всегда лотерея: переломы костей таза, гемоторакс, разрыв паренхиматозных органов, травматический шок. Мы летим. Перчатки, маски, укладка с инфузионными средами, шины, воротник Шанца — всё наготове. Пять минут — и мы на месте. Я вылетаю из машины, как выпущенный из пращи. Бегу вокруг дома. Темнота — хоть глаз выколи. Кусты, подъезды, детская площадка. Никого. Ни тела,…

# «Три дня на одном участке»: история выездного фельдшера **Времена ковида.** Я тогда оставил работу на скорой и уехал в Москву — в поликлинику, выездным врачом (по факту фельдшером). Нагрузка — запредельная: **50 выездов на дом за 12 часов**, личный рекорд — **55**. И каждого надо осмотреть, аускультировать, назначить терапию, взять мазки ПЦР, заполнить документацию. И это далеко не всё, что ложилось на плечи выездной бригады. Отдельная категория — пациенты, которые **после КТ с поражением лёгких 50%+** отказывались от госпитализации и оставались лечиться амбулаторно. Мы вели их динамическо…

Скорее всего уже все предотвратили и пандемии не будет

**Вызов, который врезался в память** Где-то около 16:00 по рации проходит вызов: мужчина, 40 лет, без сознания. Приезжаем — нас встречает мать пациента и провожает в комнату. На кровати — мужчина, истощённый до кахексии: кожа да кости. Живот резко увеличен в объёме — асцит. Без сознания. Кожные покровы бледно-желтушного оттенка, склеры иктеричны. Со слов матери — цирроз печени. Больше ничего: ни выписок, ни заключений из стационаров или поликлиники нам не предоставили. Начинаем осмотр немедленно. Гемодинамика — АД не определяется, «по нулям», как мы говорим. Дыхание — гаспинг: редкие, убываю…

Повод: ребёнок, 1 год. Не дышит. Хуже повода не бывает. Бригада БИТ. Впереди врач, за ним я, сзади санитар. Внутри — будто сердце встало и пропустило один такт, который уже не вернуть. Навешиваю на себя почти весь арсенал АСМП: кислород, реанимационный набор, укладку, дефибриллятор. Всё, что было в машине. Руки делают, голова ещё не включилась — она где-то там, на пятом этаже, уже у постели. Пятый этаж. Без лифта. Как я его пробежал — не помню. Ни ступеней, ни пролётов. Только пульс в висках, тяжесть оборудования на плечах и одна мысль: успеть. Врываемся в квартиру. Мама с ребёнком на руках,…