Слова в кармане

Мир серый день сменяет ярким, То холода, то блеск огней. Зима уступит место паркам, И станет легче средь аллей. Уйдут с востока злые тучи, За гневом вспыхнет свет в окно. И если день сегодня жгучий, Пройдет и это всё равно. Не бойся пауз и падений, Лови счастливый миг из рук, Прими как дар любых явлений Живой, меняющийся круг. Всё станет опытом и силой, Как самый мудрый приговор. Жизнь бесконечно нас любила, Впуская в этот вечный двор.

Из чего же мы сотканы, в чем наша суть? Что за пламя горит у нас в сердце незримо? Для чего продолжает шептать этот путь, Даже если душа остается ранимой? Мне ладони напомнят родительский дом, Запах свежей скамейки, качели и тени. «В сердце — радость держи, — говорила мне в том Детстве бабушка, веря в спасенье без лени». Мы не выше других, мы такие, как все: Ошибаемся часто и плачем от боли. Но стоим в этой жизни, как в густой полосе, Закаляясь, как хлеб, на надежде и соли. Мы упрямы в любви, не отступим назад, Даже если заря от бессилья потухнет. Нас связал поколений невидимый ряд — Через…

Она идет сквозь городские тени, С пакетом легким, с тяжестью в груди. И в каждом вздохе — тихий груз сомнений, И страшно то, что будет впереди. Она хранит стальную, злую волю, Чтоб не сломать усталое плечо. Но ночью плачет по былому полю, О том, что было и прошло давно. Ей помнится наивная девчонка, Что так легко сменяла города. Где вера в счастье звонко и негромко Ей освещала дальние года. Она идет, не глядя в телефоны, Касаясь пальцем холода перил. И каждый дом, как старые законы, Напомнит всё, чем он в ней дорожил. Ей хочется тепла и простодушья, Чтоб чайник пел вечернюю струну. Но за с…

Она шла одна средь аллеи литой, Где тропка шуршала листвой золотой, И кроны качались над тайным плечом, И солнце играло осенним лучом. Прозрачна и чиста вдали синева Над лесом туман, и шептали слова Прохладные клёны — смеялись порой, Как будто вернулась их юность домой. Рябина костром ветви ярко зажгла, И грусть незаметно куда-то ушла. А тень, что шагала послушно вослед, Была легче пуха от солнечных лет. Навстречу ей ветер прохладный летит, Касается щек, шарф на шейке теснит, И желтый листочек порхает в тиши, Как искра живая у самой души. Сосна заскрипела, сорока кричит, И время замедлило…

Сошлись, как гавань с вольным ветром, Как жгучий зной с полночной тьмой. Он был для мира серым пеплом, Она — холодною зимой. Он мчался вдаль, круша пределы, Она хранила шёпот снов. Он — пламя, что от искр горело, Она — надежность берегов. Их судьбы — разные стихии, Раздор огня и тишины: Он жаждал битв, где ветры злые, Она — уюта у стены. Он знает: в громе, в каждой дали Ее дыхание — тёплый свет. Она хранит, чтоб вновь нежданно В его душе зажечь рассвет. Пускай пока разлука множит Свои посты и холода — Тот свет, что в них самих заложен, Сведет их вместе без труда.

Зелёный свод распахнут, как портал, И солнце льётся извилистой тропою. Такой прозрачный воздух я не знала — Он пахнет спелым яблоком и зноем. Смеётся речка, бьётся о гранит, Ласкает корни пеною хрустальной. И небо отражением манит, Где облака плывут грядой печальной. Беспечный ветер кружит в волосах, Как акробат на празднике весёлом. И зрелый колос в золотых полях Шуршит тихонько в стебельке тяжёлом. Птиц голоса сплетаются в аккорд, Лесной оркестр звучит над головою. И этот мир, так бесконечно горд, Нас укрывает пологом живое. Трава живая стелется у ног, Земля дыханье чувствует родное. И к…

Мы мчимся вперёд, не касаясь земли, В трамваях читаем обрывки главы, В экраны уткнулись — пропали поля, Не слышим, как дышит ночная земля. Нам шепчет реклама: быстрее, бегом, Не думай, не медли, не стой под дождём. Усталость и пауза — чуть ли не грех, Тот, кто сбавляет — уже «вне успеха». Как странное чудо в конце виража: Чем меньше нам времени, глубже душа. Сильнее внутри поднимается стон, Что молит замедлить минут перезвон. Красивые лица сгорели в забеге, В их взглядах — досада о прожитом веке, За встречи, что стерлись в…

Она познала суть творенья, Ей чужд пустой, мирской испуг. Она не ждет благословенья, Замкнув магический свой круг. Ее краса – огонь и пламя, А разум – чистый монолит. Она идет над облаками, Где правду, ложь не поглотит. Она хозяйка сокровенной И древней, чистой тишины. В глазах вся мудрость во вселенной, Покой, холодный свет луны.

Ладонь скользит по фото вновь, Где карий взгляд — уютный плен. Там мамина жила любовь, Не зная горечей и стен. Тот свет в зрачках, как тихий сад, В который в детстве я входила. Любую боль, любой мой страх Лишь нежным взором погасила. Сегодня, в сумраке ночном, Где холод, пустота и лёд, Её глаза — как тёплый дом, Что в сердце бережно живёт.

В прозрачном воздухе усталый свет редеет, Скользит по стёклам, как забытый нежный взгляд. Сутулит плечи город, ёжится и млеет, Вдыхая медный сумрак из оград. Поднимет к небу шуршащие ресницы, В трамвайных звонах прячет вязкий смех, И сыплет листья золотой пшеницей, Чтоб скрасить наш холодный бег. Шуршат аллеи, как подол на платье, Он шарф туманов набросил на мосты, И плащ сырой распахивает настежь, Роняя вниз, к ногам, горящие листы. Зажжёт проспекты — тусклые зрачки, Раскроет окна в старых рукавицах, И ночь уложит вдоль речной доски, Чтоб капли застучали на страницах. Идёшь во тьме, он не…