РАССКАЗЫ, ИСТОРИИ, ЛИЧНЫЕ ОТКРОВЕНИЯ

— Ой, Виктор Аркадьевич, ну вот умеешь ты байки травить, ну прямо заслушаешься, — засмеялся пожилой мужчина на соседней кровати. — Ну ладно, Виктор Аркадьевич, — улыбнулась Наталья. — Мне вы, как всегда, комплиментов наговорили целый ворох. А о себе-то что скажете? Как самочувствие? Она внимательно вглядывалась в лежащего перед ней мужчину средних лет. Хотя, каких там средних? Пожилой он. Ведь она помнит по документам, что ему почти семьдесят. Но выглядит он для своих немалых лет отлично, и даже тяжёлая болезнь и худоба не испортили его внешности. Просто есть такие лица, над которыми не властн…

Наталья лечила Морозова, радовалась улучшениям, переживала, если выздоровление делало неожиданный шажок назад, и каждый раз ждала момента, когда ласковые и внимательные, словно бархатные глаза вспыхнут светом при виде её. Красивое лицо разгладится, а густой звучный баритон произнесёт, к примеру: — Здравствуйте, милый доктор. Наталья Александровна, а вы знаете, что удивительно похожи на первую женщину-врача Российской империи Надежду Суслову? А ведь сам Достоевский считал Надежду Прокофьевну первой красавицей и умницей своего времени. — Ну вы хватили, Виктор Аркадьевич, мне ещё до таких сравнен…

Этот рабочий день начался как обычно, как начинались уже для неё десятки и сотни дней, наполненных делами, суетой, проблемами и скромными радостями из жизни большой больницы. Правда, с некоторых пор к обычной рабочей бодрости стали примешиваться новые чувства, ожидание интересного и очень приятного. И все эти необычные ощущения были связаны с одним из пациентов, который появился в больнице и поступил для лечения под Наташино начало несколько дней назад. Виктор Аркадьевич Морозов находился в отделении уже вторую неделю с довольно тяжёлым и изрядно запущенным заболеванием почек, которому, очевид…

Недостойным звания дипломированного врача. Она перестала вскакивать по ночам в холодном поту от мысли, что забыла дать указание дежурным медсёстрам по поводу вновь поступившего пациента или вдруг почему-то решив, что сдала заведующему незаполненные истории болезней. В общем, прекратила накручивать себя и бояться собственной тени. И с гордостью понимала, что за несколько лет работы стала в отделении своей не только для врачей и прочего медперсонала, но и для пациентов. Пусть больные постоянно меняются, и вообще все люди очень разные, а заболев часто проявляют не лучшие свои качества. И всё же о…

Главврач велел вышвырнуть пациента-бомжа и пригрозил врачу увольнением. Но узнав, что это отец заместителя губернатора, побледнел/2 Несмотря на предостережение соседей по общежитию, Наташа Димку Воронова от себя не гнала. Ей было с ним весело и интересно. Она подкармливала вечно голодного парня, а он подтягивал её по анатомии. Ибо, несмотря на всю свою несерьёзность, студентом он был сообразительным и головастым. В общем, у них сложились отличные дружеские и деловые отношения, и даже деньги их испортить не могли по причине полного их отсутствия у Наташи и уж тем более у Дмитрия. Совет соседки…

Парни и девушки жили на разных этажах, но постоянно встречались в общих кухнях и холлах. Именно в кухне Наташа и наткнулась на жизнерадостного лохматого дылду в модных джинсах-варёнках. Он доходчиво объяснил новенькой, что его зовут Димка, его тут вообще все знают. Он учится уже аж на втором курсе и везде в страшном авторитете. И самое главное, если она, Наталья, собирается схомячить всё вот это, что у неё в сумке, втихаря и в одиночку, то она не заслуживает звания настоящего студента-медика, а будет прямо сейчас во всеуслышание и на всю общагу ославлена крысой. Напуганная таким напором, Наташ…

— Здравствуй, девочка, — удивилась женщина, увидев на пороге невысокую фигурку с открытым ртом. — А ты, наверное, внучка Галины Семёновны, Наташенька, выросла-то ты как? Ну что ж, проходи-ка, посмотришь, как мы тут с позволения сказать работаем. У меня как раз приём начинается. Будем лечить, вернее, пытаться это делать. Подумать только, а я ведь когда-то так мечтала стать врачом. Столько лет училась, чтобы теперь сидеть и прописывать травяные примочки и барсучий жир, потому что ничего другого всё равно не достать. Ну ладно, не будем о грустном. А ты кем хочешь стать, когда вырастешь? — Я хочу,…

Мама работала в почтовом отделении. Отец ездил на большом грузовике и возил всё подряд между родным Наташиным посёлком и огромным городом. Бабушка всю жизнь трудилась бухгалтером, при этом сама называла себя устаревшим и немного смешным словом щитовод — так в старину называли счетоводов, и бабушка произносила это слово с усмешкой над собой. Вот она-то и стала невольным вестником Наташиной судьбы: именно её аудиторская проверка в поселковой больнице случайно привела внучку к врачу, изменившему всю её жизнь. — Бабуль, а чем это пахнет? — поинтересовалась двенадцатилетняя девочка, привычно прижав…

А недавно она пробегала по больничному коридору и, завозившись, случайно услышала разговор двух пациенток. — Ой, а наша-то ещё с обходом не приходила? — донеслось из палаты, и одна из женщин со знакомым Наташе голосом явно обращалась к соседке. — Ваша? — переспросила соседка. — А у тебя кто лечащий врач? — Наталья Александровна же, — отозвалась пациентка. — А, ну да, — согласилась соседка. — А она разве ещё не заходила? — Нет, не приходила ещё. Жду вот, — вздохнула женщина. — Ой, слушай, повезло тебе. Такая она у вас хорошая. Всегда приходит, улыбается, здоровается со всеми, расспросит, выслуш…

Главврач велел вышвырнуть пациента-бомжа и пригрозил врачу увольнением. Но узнав, что это отец заместителя губернатора, побледнел Наталья Александровна Соколова опустилась на старенький диван в ординаторской — тот самый, что за долгие годы основательно продавили поколения здешних обитателей. Откинулась на спинку и прикрыла глаза. Сидеть на таком диване, конечно, не слишком удобно, но сейчас ей хотя бы ненадолго нужно перевести дух. Ноги до сих пор подрагивают, да и руки не отстают от нижних конечностей — тоже ходят ходуном, и по температуре, пожалуй, сравнятся с двумя пачками пельменей из мор…