Чемодан, двое детей и Россия

Москва умеет прятать интересное буквально на виду. 🔎 Золотое кольцо — это круто. Но в какой-то момент мы решили, что пора открывать для себя то, что буквально под носом. Так началась наша московская рубрика. Вспомнили, как дети когда-то с восторгом искали персонажей на макете Золотого кольца в Ярославле. И узнали, что в Москве есть «Царь-Макет» — тот же автор, но уже вся Россия. Информации в интернете почти не было, поэтому ехали почти наугад. В воскресенье после завтрака — 40 минут, и мы на месте. На входе — очень вежливая охранница. На ресепшене — женщина, которая, скажем так, не улучшила н…

Пост без текста

Ярмарка и завод, которые мы не увидели. Нижний Новгород стал для нас городом высоты: канатка, колесо обозрения, кремль на горе. Но два нижегородских символа остались за бортом. Первый — Нижегородская ярмарка. Мы читали про неё, знали, что это была главная торговая площадка России. Но мы так увлеклись канаткой и Стрелкой, что не доехали до ярмарочных павильонов. А там, говорят, сохранился Главный ярмарочный дом — величественное здание с колоннадами. Второй — музей «Горьковский автомобиль» (ГАЗ) . Мы были в музее крылатых ракет в Дубне, а про историю советского автопрома в Нижнем забыли. А ве…

Вода, энергия и кацкари, которых мы не встретили. Углич встретил нас строящейся крепостью и кремлём на высоком берегу. Но два угличских «чуда» мы так и не увидели. Первое — Угличская ГЭС и Музей гидроэнергетики. Мы приехали, а музей был закрыт. Мы постояли у ворот, посмотрели на плотину и уехали. А говорят, там можно увидеть, как вода превращается в свет. И даже постоять у макетов турбин. Второе — деревня Мартыново. Там живут кацкари — особая этническая группа, которая бережно хранит свои традиции. Говорят, в музее можно выучить пару слов на местном диалекте, попробовать обед из печи и погл…

Купеческий шик, который мы не разглядели. Рыбинск нас поразил чистотой и купеческим размахом. Мы плакали в театре, гладили альпак и смотрели на затопленную Мологу. Но мы не увидели главного — старых купеческих вывесок. Говорят, в Рыбинске сохранились вывески в дореволюционном стиле — с вензелями, золотыми буквами, витиеватыми шрифтами. Мы их не заметили. Мы смотрели под ноги, а надо было поднять голову. И ещё — здание старинной Биржи на берегу. Мы прошли мимо, приняв его за очередной административный корпус. А оно, говорят, помнит времена, когда Рыбинск был хлебной столицей России. Что я п…

Мышкин — это мыши. Мы это усвоили. Но в этом маленьком городе есть ещё два музея, мимо которых мы прошли, а надо было зайти. Первый — Музей водочника П. А. Смирнова. Того самого, чья водка покорила мир. Мы-то думали: «Ну, ещё один музей алкоголя». А там, говорят, можно узнать, как крепостной из Мышкинского уезда стал поставщиком Императорского двора. И, конечно, дегустация. Мы про это узнали, когда уже пили чай в «Мышеловке». Второй — Музей миниатюры «Левша». Представьте: подкованная блоха, крошечная посуда, дома размером с напёрсток. Дети были бы в восторге. Мы — нет. Мы просто прошли мимо вы…

Дубна нас удивила. Город учёных, атомщиков и авиастроителей. Мы увидели ракеты, замки и шлюзы. Но три вещи так и остались за кадром. Первое — мозаики Надежды Ходасевич-Леже на фасадах домов. Это целые панно из цветной плитки, которые украшают обычные жилые здания. Мы их не заметили. Прошли мимо. А надо было поднять голову. Второе — местная рыба. Мы ели уху в Мышкине, шашлык в Рыбинске, а в Дубне — ни разу не попробовали волжскую рыбку. Говорят, там коптят судака так, что пальчики оближешь. Третье — внутри парк-отеля «Камелот». Мы видели статую рыцаря снаружи, дерево, растущее сквозь стены, но…

Кострома стала для нас городом-игрой. Мы собирали зайцев, пили четверговую соль и гладили лосей. Но два места мы видели только издалека — и до сих пор кусаем локти. Первое — Ипатьевский монастырь. «Колыбель дома Романовых». Именно здесь в 1613 году Михаил Романов дал согласие стать царём. Мы подъехали к нему, посмотрели на купола с другого берега Волги и… поехали дальше. Время поджимало. А надо было зайти. Говорят, там фрески XVI века и старейший в России иконостас. Второе — Музей деревянного зодчества «Костромская слобода». Мы были в похожих музеях — в Суздале, в Новгороде. И подумали: «Ну, е…

Коломна пахнет пастилой. Это факт. Мы увезли с собой целый пакет яблочного счастья. Но есть два коломенских вкуса, которые мы так и не распробовали. Первый — калач. Настоящий, из печи, топленной берёзовыми дровами без коры. Мы были в музее «Калачная»… снаружи. Заглянули в окно, увидели, как месят тесто на ледяном столе, и… пошли дальше. А надо было зайти. Говорят, калач едят по правилам: сначала «зажаристую губу», потом тёплый «мякиш-животок». Мы же довольствовались пастилой. Второй — «Арткоммуналка». Музей в старой коммунальной квартире, где сохранился интерьер советской эпохи. Мы-то думали:…

В Тутаеве мы замёрзли, промокли и были счастливы. Но один звук мы так и не услышали. Мы знали, что в Тутаеве есть колокольный завод Шувалова и Музей колокололитейного искусства. Знали. Даже записали в план. Но не позвонили заранее. А музей работает строго по записи. Мы приехали — а нас не ждали. И это была наша ошибка. Говорят, там можно увидеть, как рождается колокол: от формы до первого звона. Подержать в руках маленький колокольчик, который только что отлили. Услышать, как звучат колокола разных размеров. Мы же довольствовались видом синих куполов Казанско-Преображенской церкви, отражающихс…